Мы пошли дальше к горе, и вскоре остановились на привал. Парни что-то приготовили, Джианджи собрал для меня трав и сделал чай, после которого я крепко уснула. Проснулась, когда все жетоны, кроме жетона духа, уже были найдены. Как оказалось, Джианджи остался со мной, как самый опытный в лечебных делах, а остальные разделились по двое и отправились за жетонами. Фен-Фен сказал, что они несколько раз встречали «покрашенных» сокурсников — видимо, возможностью устранить соперника воспользовались многие.
Сяору вдохнула тяжёлый горячий воздух. Сон начал медленно сходить. Затылок ныл, но терпимо, а вот глаза открываться не хотели.
В кромешной тьме она не сразу разобрала, где находится, попробовала пошевелиться, ощущая тесноту, запаниковала. Пришлось замереть, успокаиваясь.
Так, она в спальнике. Поэтому тесно. А нос её упирается в Лея.
Сяору полежала ещё немного. Вполне комфортно, даже, кажется, приятно, можно ещё поспать…
Нет. Что за глупости только в голову не приходят. Если проснулась, надо вставать.
Да.
Она аккуратно пошевелилась, боясь разбудить соседа, и с трудом выбралась наружу. Обернулась к Лею — спит. Хорошо.
Три спальника на шестерых — даже звучит страшно. Впрочем, спальники оказались двуместными, но это не помешало всем спать в обнимку. Судя по силуэтам лежащих на земле мешков, что Ян с Джианджи, что Фен-Фен с Тао — все они проснуться в том же положении, что и Сяору.
Ещё не рассвело, но она так много спала, что продолжать это дело было уже невозможно.
Вчера, в полусознательном состоянии и под действием целебных трав она не особо задумывалась о том, с кем делит своё личное пространство. И ей ведь так хорошо спалось… А сейчас возвращаться под тёплый бок соседа казалось чем-то ужасно неправильным.
Из-за ночной сырости костёр потух, трава, поваленные брёвна и стволы деревьев стали влажными. Сяору допила чай, оставшийся в котелке и принялась разжигать костёр по новой.
Древесина не поддавалась, но у них имелась газета, которая ярко вспыхнула, освещая всё вокруг. Только сейчас Сяору осознала, что в лесу слишком темно, она подняла голову, пытаясь разглядеть небо, но видела лишь едва подсвеченную черноту. Пасмурно.
Будет дождь?
Она поскорее развела костёр и поставила нагреваться воду, чтобы было чем прогреться за завтраком. Она чувствовала, что вот-вот наступит рассвет, а значит, скоро будить остальных.
Взяв фонарь, Сяору решила накрыть чем-нибудь костёр, чтобы защитить от возможного дождя, но не нашла вокруг ничего подходящего, а потому, с рюкзаком и винтовкой наперевес, направилась в сторону горы на поиски камней и крупных листьев.
Она была уже далеко, когда громыхнуло. Улыбнулась, почувствовав лёгкий ветерок, навевающий воспоминания о бейской прохладе, и продолжила путь.
*****
Юноши подскочили, услышав громыхание. Им показалось, что где-то пустили снаряд. Каждый из них ещё помнил огни революции, падающие самолёты и летящие со всех сторон пули. Они осоловело осматривались, пытаясь разглядеть окружающее. Небольшой костёр чадил, из котелка выплёскивалась кипящая вода, с шипением падая на угли.
— Это гром, — хрипло проговорил Ян. Они с Джианджи одновременно начали вылезать из спальника, но запутались.
— Бао нет, — Лей оглянулся.
— Может, отлить ушёл? — Фен-Фен широко зевнул и снова лёг, позволяя соседу первым вылезти из спальника.
— Ужасное пробуждение… — сказал Тао и подошёл к костру, чтобы снять котелок. — Как заботливо с его стороны. И как только в такую сырость костёр умудрился разжечь?
— Он из Бея, — Джианджи потянулся, хрустя всеми костями. — Там всегда сыро.
— Чёрт, а если он заблудится?
— Лей, — Джианджи не сдержал смешок. — Робао понимает лес лучше, чем мы все вместе взятые. Всегда смешно смотреть, как вы его недооцениваете.
— Как разговорился-то! — пробурчал Лей и начал собирать вещи.
— Почему не поговорить, когда есть о чём.
Началась лёгкая морось, необычная для этих краёв. В Донге дождь наступал внезапно и так же внезапно заканчивался.
— Сезон дождей, — морщась, проговорил Фен-Фен в небо. — Надо торопиться. Который час?
— К шести уже, — Ян сверился с часами, — поедим, и надо собираться.
Лей хмуро осмотрелся. Спокойствие остальных было ему непонятно. Бао, пришибленный на голову в самом прямом смысле этого выражения, в темень и с наступающим дождём шастает один где-то в лесу. Это ли не повод для беспокойства?
— Я поищу Бао, — решил он.
— Давайте вместе уж. Только сначала разольём воду по флягам… Что у нас по еде? Есть, что нужно готовить? — Ян быстро закидывал вещи в рюкзак.
— Если только банку тушёнки в костёр закинуть, — предложил Фен-Фен.
— Холодной поедим. Так, хлеб, вроде, ещё пригоден… Ладно, собираемся и идём.
— Бао, наверное, ушёл в сторону горы, — Лей посветил фонарём на землю. — Он же умный… вроде.
— Ты как озабоченная мамаша, — хохотнул Фен-Фен.
— Вон, следы его, успокойся, — Джианджи похлопал Лея по плечу.
