Нет. Никогда. Лучше не думать об этом.
На его звонок ответили, и он выслушал обычную чепуху, но что-то другое привлекло его внимание.
В трубке слышались детские голоса. Дети весело играли, насколько он мог судить.
Он крепко сжал трубку.
— Вы можете ко мне приехать? — спросил он.
— Куда? — поинтересовался голос в трубке.
— Центр Лондона, — ответил он.
— Сорок фунтов плюс плата за такси.
Он положил трубку.
Кирнан взглянул на часы. Почти половина одиннадцатого. У него было еще время, чтобы сделать несколько звонков, а потом он начнет свой ежедневный маршрут по улицам Лондона. Некоторые проститутки стали его узнавать и заговаривали с ним как со старым знакомым.
Он набрал очередной номер.
Он подумывал о том, чтобы изменить маршрут, но это уже стало его привычкой. Он мог пройти весь путь с закрытыми глазами. Наверное, ему следовало спросить у женщин, которые заговаривали с ним, не знают ли они Джо. Может быть, если он покажет им ее фотографию, что-нибудь всплывет в их памяти. Что-нибудь, что приведет его к ней. Он взял сигарету и закурил — больше для того, чтобы заглушить запах с улицы, чем из желания покурить.
Он тихонько постукивал зажигалкой по телефону, ожидая ответа на свой звонок и пробегая глазами по колонкам журнала в поисках новых номеров.
Выбор был большой.
Трубку наконец взяли.
— Только что я прочитал ваше объявление, — произнес Кирнан заученную фразу. — Вы могли бы сообщить мне некоторые подробности?
В голосе, ответившем ему, слышался ирландский акцент.
Через секунду он понял, что это голос его сестры.
Кирнан замер.
Он так крепко сжал трубку, что она чуть не треснула.
Он боялся поверить в это. Может быть, он ошибается? Может быть, его желание услышать ее голос так велико, что воображение взяло верх над истиной?
В голосе явно слышался ирландский акцент.
Но что-то неуловимое постепенно убеждало его в том, что на другом конце провода была его сестра, которую он искал, казалось, уже целую вечность.
И чем дольше она говорила, тем больше он убеждался, что это она. Ему хотелось сказать ей, крикнуть, что он ее брат. Джо, я твой брат, я нашел тебя!..
Но он мог только слушать, ошеломленный. Как будто шок лишил его способности говорить.
Нет. Не может он ошибиться. После такого долгого ожидания. Неужели Бог, или судьба, или кто-то там еще, кто в ответе за это, могут быть такими жестокими!
Уже было столько разочарований. Вдруг он все-таки опять ошибается?
Винс Кирнан бросил трубку и уставился на телефон, словно это была ядовитая змея.
Он сидел так и не шевелился целую вечность в жаркой комнате, не спуская глаз с телефона, и не понимал, почему он не чувствует всепоглощающего восторга, который, как он представлял, охватит его. Он ощущал только волнение и страх. Страх оттого, что, наконец приблизившись к своей мечте, он может ошибиться.
Он снова набрал номер и ждал.
— Ну давай же, — шептал он, и сердце его колотилось в груди.
И опять ожидание.
— Привет, — сказал он, когда трубку подняли, стараясь говорить с лондонским акцентом. — Я хотел бы узнать кое-что. Я видел ваше объявление.
Она повторила то, что сказала ему минуту назад.
Кирнан поднес трубку к другому уху.
Боже, теперь он был уверен. Это Джо.
Невероятным усилием воли он заставил себя молчать и слушать, как Джо повторяет отрепетированные слова.
— Вы хотели бы назначить встречу? — спросила она.
Кирнан вздрогнул.
— Да, — сказал он, стараясь говорить спокойно и понимая, что это у него не очень-то получается. — И чем скорее, тем лучше.
— Боюсь, что раньше, чем в четверг, я не смогу, — сказала она. — Я уезжаю на пару дней.
Кирнан стиснул зубы.
— Четверг подойдет, — ответил он. — У вас есть определенный адрес? В объявлении названо только Финсбери.
Она назвала адрес.
— В четыре вас устроит? — спросила она.
— Замечательно.
— До встречи. Кстати, только наличные, — добавила она и повесила трубку.
Кирнан долгое время не мог выпустить трубку из рук. Пот струился по его телу.
— Черт, — прошептал он, зажмурив глаза. Дыхание его было прерывистым, как будто он только что пробежал милю.
И что теперь?
Одна часть его мозга приказывала ему, что он сейчас же должен мчаться в Финсбери, найти ее и забрать оттуда.
Другая ставила перед ним вопрос, которого он до сих пор старался избегать: а что, если она не захочет уйти оттуда, хотя в своих письмах к нему она жаловалась, что ненавидит мужчин, с которыми имеет дело?
Впрочем, это одно и то же, разве не так? Она захочет уйти, правда?
Вернуться в семью, где она не нужна? Где от нее открыто отреклись? Из одного места, лишенного надежды и будущего, попасть в другое?