Они сидели за кухонным столом. Бет, «подружка на уикэнд», как называла ее Ясмин, постаралась произвести впечатление на девочек, приготовив на завтрак роскошный толстый омлет, украшенный колечками сосисок, и свое фирменное блюдо, «легендарные блинчики», но девочки, к огромному разочарованию Бет, предпочли кашу «Эггос»[18] с шоколадными чипсами.
— Ладно, девочки, приятного аппетита, — сквозь зубы пробормотала Бет. — А я пойду посижу во дворе, позагораю на солнышке.
Как только она вышла, Ясмин выскочила из-за стола и прильнула к окошку. Бет нигде не было видно. Ясмин посмотрела налево, потом направо, злорадно усмехнулась.
— Что там? — спросила Джил.
— Иди сюда, сама посмотри.
Джил присоединилась к подруге.
— Вон, смотри! В углу, за большим деревом.
— Ничего не вижу.
— Да ты приглядись хорошенько, — нетерпеливо произнесла Ясмин.
Через секунду-две Джил увидела тонкую прозрачно-серую полоску в воздухе и поняла, о чем говорит Ясмин.
— Бет курит?
— Ага. Спряталась за деревом и дымит в свое удовольствие.
— Но зачем прятаться?
— Может, не хочет курить на глазах у впечатлительных девочек, — с кривой улыбкой отозвалась Ясмин. — Или не хочет, чтобы папа знал. Он ненавидит курильщиков.
— Хочешь выкурить ее?
Ясмин улыбнулась, пожала плечами.
— Не знаю. Пока что всех остальных мы выкуривали успешно. — Она взяла дамскую сумочку, принялась рыться в ней.
Джил ахнула.
— Это ведь сумочка Бет?
— Да.
— Так делать нехорошо.
Ясмин скроила гримаску и продолжила перебирать вещи.
Джил придвинулась поближе, тоже заглянула в сумочку.
— Есть что-нибудь интересное?
— Нет. — Ясмин отложила сумочку. — Пойдем, хочу кое-что показать.
Она поставила сумочку на разделочный столик и направилась к лестнице. Джил — за ней. В ванной, дверь в которую шла с лестничной площадки, было небольшое окно. Ясмин выглянула во двор, Джил — тоже. Бет действительно стояла за деревом — отсюда ее было хорошо видно. Стояла и дымила сигаретой. Так человек, долго находившийся под водой, жадно глотает воздух. Затягивалась глубоко, щеки становились впалыми, потом закрывала глаза и с наслаждением выпускала длинную струю дыма.
Ясмин, не говоря ни слова, вышла из ванной. Поманила Джил за собой. Они вошли в спальню отца. Ясмин устремилась к тумбочке у кровати, выдвинула ящик.
Нельзя сказать, что его содержимое удивило или шокировало Джил. Девочек объединяла одна общая черта. Обе они были крайне любопытны и обожали подсматривать, обследовать все, что только попадется под руку. Всем детям это свойственно в той или иной степени, догадывалась Джил, но дома папа часто дразнил ее «шпионкой Гарриет». За то, что вечно совала нос куда не следует.
Джил было восемь, когда однажды в маминой тумбочке она обнаружила старые фотографии. Лежали они в самом дальнем углу ящика, за коробочками от пилюль и под стопкой старинных почтовых открыток, которые мама накупила во Флоренции во время отпуска.
На одном снимке был мальчик — примерно того же возраста, что и Джил, лет восьми-десяти. Он стоял рядом с девочкой, младше его на год или два. В девочке Джил сразу узнала маму. Перевернула снимок. На обратной стороне изящным почерком было выведено: «Тиа и Дейви», и стояла дата.
Она никогда не слышала ни о каком Дейви. Зато теперь узнала, что у мамы в детстве был поклонник. Любопытство преподнесло ценное открытие. Оказывается, у родителей тоже есть свои тайны.
— Ты посмотри, — сказала Ясмин.
Джил заглянула в ящик. Сверху на самом видном месте лежала упаковка презервативов.
— Ого! Большой размер.
— Как думаешь, он пользуется ими, когда с Бет?
— Даже думать об этом не желаю!
— А я, по-твоему, что должна чувствовать? Ведь он мне отец.
Джил задвинула ящик, выдвинула второй, что под ним. Обе девочки вдруг заговорили шепотом.
— Джил?
— Что?
— Ты только посмотри на это.
Ясмин запустила руку в ящик и вытащила из-под старых свитеров и свернутых в клубочки носков металлическую коробку. Открыла и улыбнулась.
Джил отпрянула.
— Что за…
— Пистолет, не видишь, что ли.
— Понятно, что пистолет.
— И он заряжен!
— Убери. Просто не верится, что у твоего папочки есть заряженный пистолет.
— Почти у всех отцов есть. Хочешь покажу, как снимать с предохранителя?
— Нет.
Но Ясмин все равно показала. Обе девочки глядели на оружие с благоговейным страхом. Ясмин протянула пистолет Джил. Та взмахом руки показала, что не желает его брать. Но затем искушение взяло верх — очень уж привлекательными показались форма и цвет. Она взвесила пистолет на ладони, дивясь его весу, прохладности и простоте.
— Хочешь, скажу кое-что? — спросила Ясмин.
— Говори.
— Только обещай, что никому-никому.
— Обещаю. Ни единой живой душе.
— Знаешь, когда я первый раз его нашла, все думала и представляла, как буду убивать мистера Льюистона.
Джил осторожно опустила пистолет в коробку.
