Тин Бриджетт подробно расписывала каждый орган, как и на что он влияет, как взаимодействует с остальными, показывала схемы на плакатах в кабинете. Все органы на них были выкрашены в разные цвета, но учительница сообщила, что аура сама по себе не имеет цвета, поскольку пропускает весь солнечный свет. Сэнс же передает голые данные, и уже Сознание достраивает общий образ, понятный нам. Оранжевоволосая женщина посоветовала нам настроить свое Сознание на отображение разных эфирных потоков в цветах, рекомендованных Ост-стандартами. Поскольку это упростит в дальнейшем взаимодействие между эсперами. Данное заявление вызвало во мне некоторый ступор. Я ведь до конца еще не осознал, что такое возвышение, на что оно способно, но теперь начал понимать. И у меня даже мурашки поползли по телу. Я могу, например, сделать так, чтобы обычными глазами вместо зеленого виделся синий цвет. Хотя, зачем? Для этого мне надо действительно захотеть поменять зеленый цвет в своем Сознании, а ведь это не сулит никакой выгоды. Короче, урок анатомии оказался весьма познавательным, и я стал немного лучше понимать эсперов и их тела, пусть и некоторые детали были неясны.
На обед я приходил одним из первых, поскольку иначе свободный столик было не застать. И в этот раз мне сопутствовала удача – я занял хорошее место возле стены, что позволяло контролировать подходы. Пускай я старался принимать пищу культурно, беря пример с соседей, старые привычки так просто не уходили. Это помогло мне, когда к моему столику приблизилась компания одноклассников в поисках свободных мест. Я узнал “волчонка” Франа Гу, псиона Калема Астонис, шамана Сурри, который с раптором, а также Номака – колдуна, если не ошибаюсь.
- Да это же наш дружище Немощь! – воскликнул Сурри, завидев меня. – Не возражаешь, если мы присядем?
- Садитесь, я закончил, – соврал я. Свою порцию доесть не успел, но я и так утром плотно позавтракал, поэтому не критично.
- Да ладно, оставайся, поболтаем. Хах, о своем, шаманском. Да, парни?
- Конечно. Не у всех есть фамильяры, – кивнул Фран.
Мое место возле стены сослужило мне дурную службу. Парни быстро заняли места по бокам, заблокировав мне выход. Единственные варианты – это пробежаться по столу или под ним, или же расталкивать учеников. Просто так выпускать меня они явно не собираются.
- Ну что, как поживает твой фамильяр? Не сдох еще?
- Нет, вполне здравствует.
- Ха, это правда, что все птерщики начинают вонять, как и их питомцы?
- Не знаю.
Член клана Гу приблизился ко мне и принюхался:
- От него и впрямь несет птером!
- Ха, ты хотя бы моешься?
- Знаешь, что такое мыло? Ванная?
- Сомневаюсь.
Я угрюмо переводил взгляд с одного говорившего на другого. Им похоже и не требовалось, чтобы я что-то отвечал. Сами себя развлекают за мой счет. Хорошо хоть Скви помалкивал.
- Похоже, ты из весьма бедной семьи, не так ли? – спросил Калем участливо.
- Ага, видел я его нижнюю одежду. Такой даже лерв побрезгует.
- И что с того? – спросил я.
- Ну, мы можем подкинуть тебе деньжат за небольшую услугу, – продолжил псион.
Я было хотел ответить что-нибудь резкое, но от Калема прилетела еле заметная волна магии и я поменял решение. Довольно неприятное чувство. Я знаю, что он использовал на мне свои способности псиона, но все равно иду на поводу. Вроде как, это же такая мелочь, всего лишь безобидный вопрос, что я теряю?
- Какую услугу?
- О, все очень просто. Ты станешь нашим фамильяром, – улыбнулся эспер.
- Что?
- Фамильяром.
- Я расслышал и в первый раз. Человек не может стать фамильяром.
- На самом деле может, хотя такое встречается крайне редко, – уведомил Фран. – Но Калем не это имеет в виду.
- Что тогда?
- О, ты будешь выполнять мелкие поручения, помогать нам с учебой. Взамен мы также будем заботиться о тебе, как о нашем дорогом фамильяре, – заявил Калем. Сурри зашелся в приступе плохо сдерживаемого хохота.
Вроде как быть порученцем – не такой уж плохой выбор в моем безденежном случае. Однако мне не нравилось, как они это преподносят. Будто я буду неразумным животным у них на побегушках. Во мне начал разгораться гнев, который быстро потух после еще одной псионской волны. Отчего я должен по идее был разозлиться, но не выходило. Несмотря на воздействие эспера, желания участвовать в их затее во мне нисколько не прибавилось.
- Я отказываюсь.
- Очень жаль. Ты всегда можешь передумать. Мы бы правда присматривали за тобой, не давали в обиду, – увещевательным тоном произнес Калем. Сурри с Новаком заржали, совсем не по этикету давясь и плюясь пищей.
