Блондинка следовала за мной по пятам. Остановившись на кухне и наблюдая за тем, как я героически вливаю в себя стакан заячьей крови. Мне стоило больших трудов не извергнуть завтрак обратно, поэтому, скривив лицо, я зажала рот ладонью.
— Ты сидишь здесь, как затворница, тебе стоит развеяться, — девушка не замолкала, действуя мне на нервы.
Тяжело вздохнув и убедившись, что желудок перестал болезненно сокращаться, я усмехнулась и развела руками.
— Я всё еще напоминаю живой труп из ужастиков. Карлайл твердит, что организму нужно время. Прошло несколько недель, моя кожа похожа на сдувшийся матрац для плаванья.
Я не особо беспокоилась о своём внешнем виде. Дело было вовсе не в этом. Я просто слишком устала и вообще не знала, что мне делать. Жизнь казалась мне одновременно слишком скучной и слишком опасной. Я не могла пойти работать или учиться, так как всё ещё была новорождённой. По той же причине я не могла отправиться путешествовать. Мне оставалось только сидеть дома, словно пленнице, и развлекать себя всякой ерундой. Эмметт предлагал мне выучить какой-нибудь язык, но я отказывалась. Слишком скучно. Я не хотела заниматься саморазвитием, не сейчас. Я — самое могущественное существо на свете, но даже у животных больше свободы и возможностей, чем у меня. Вечера я проводила за чтением английской литературы или просмотром телевизора. Часто ко мне присоединялся Медведь. Джас предпочитал не тратить своё время на подобную ерунду. Кстати говоря, майор как раз доучивал греческий.
— Ты всё ещё здесь, матрац? Идём, перестань упрямиться!
Я пропустила момент, когда Хейл приняла моё молчание за знак согласия. Пришлось натянуть на себя тёплый осенний жакет, чтобы не вызывать подозрений у людей, и поплестись вслед за вампиршей в гараж. Конечно же мы выбрали её красный кабриолет. Обычно блондинка ездила с открытой крышей, но сегодня день был неподходящий. Спасибо ей за это, я не хотела, чтобы мою и без того несчастную кожу терзал ветер.
Сестрица включила радио, откуда полились звуки какой-то попсы. Впрочем, мне было всё равно, поэтому я с отсутствующим выражением лица откинулась на сидение.
— Well, the best kind of loving is the one that hurts*, — Роуз одними губами повторяла слова вслед за исполнительницей, забавно покачивая головой и постукивая каблуком сапога.
Весёлый мотив песни увлёк даже меня, поэтому я слегка оживилась, а моё выражение лица стало более расслабленным. Вытащив телефон из кармана джинсов, я быстро набрала сообщение Джасперу, который находился на курсах греческого. Кто бы мог подумать, что вампирам нужны подобные вещи?
«Роуз вытащила меня в салон красоты.
Кто-нибудь, спасите».
Ответ не заставил себя долго ждать, похоже, Хейл не занимался должным образом, а откровенно скучал.
«Эту блондинку в законе не остановить.
Ничем не могу помочь, развлекайся, **».
Я слабо улыбнулась, озадаченно глядя на последнее слово. Намёк на то, что мне тоже нужно учить греческий?
Кабриолет остановился на светофоре. Хейл барабанила пальчиками по рулю, ожидая, когда загорится зелёный.
— Эй, Роуз, ты знаешь греческий? — поинтересовалась я, поворачиваясь к блондинке.
Вампирша удивлённо взглянула на меня, нахмурив идеальный лоб.
— Совсем немного, — призналась она, пожав плечами, обтянутыми меховой жилеткой.
Я протянула ей мобильник, чтобы родственница смогла увидеть незнакомое мне слово. Я могла бы воспользоваться переводчиком, но мне было интересно, знает ли Хейл язык.
— Дорогая. Кажется, он хочет, чтобы ты выучила греческий, — моя собеседница криво улыбнулась ярко-красными губами, а затем нажала на газ, так как зажегся нужный сигнал светофора.
Я театрально застонала, и мы рассмеялись. Хоть я и не очень-то хотела ехать в салон красоты, но всё же была благодарна блондинке за то, что она решила провести со мной время.
Следующие несколько часов прошли в бесконечных манипуляциях над моим телом. У меня сложилось ощущение, что происходит повторная подготовка к свадьбе Хейл, поскольку меня отшлифовали по полной программе. Должно быть, когда Розали приезжает в подобные заведения, то заказывает полный комплекс процедур, начиная с маски из водорослей и заканчивая массажем пальцев.
Я вышла из салона, чувствуя себя так, словно меня простирали в стиральной машине и несколько раз отжали. Розали же была в восторге и сияла, как начищенный пятак.
— Не хочешь заехать в пекарню? Ни у кого не получается так хорошо делать черничные кексы, как у тебя, — блондинка умоляюще взглянула на меня, явно не в восторге от того, что ей одной придётся весь вечер делать пироги.
— Да брось ты, — отмахнулась я, раскусив её хитрый план.
Вампирша победно улыбнулась, скользнув на водительское сидение и ударив по газам. Лучше уж пекарня, чем одинокий вечер в особняке. Должно быть, я стала выглядеть намного лучше, но не успела толком рассмотреть себя в зеркале. Розали не нужно было читать мысли, чтобы знать, чего я хочу.
— Зеркало в бардачке, — невзначай произнесла она, не отводя взгляд от дороги.
