Он молча коротко кивнул, глядя в глаза нейтрала,и облегченно выдохнул,когда тяжесть в руке пропала. Да, им рассказывали, что эти твари практически всесильны, но он, как и все остальные, сегодня впервые видел вживую нейтралов. Спокойных, хладнокровных,источавших такую мощь,такую опасность,что казалось, ею дышала каждая пора их кожи. Казалось, если приглядеться, можно увидеть, как выходит из нее сама тьма. Говорили, что один нейтрал способен одолеть десяток, если не больше, эльфов разом.
Почему он решил, что этот, самый молодой на вид, из гостей окажется менее слабым монстром? Может, потому что в какой-то момент в равнодушном синем, словно покрытом толщей льда, взгляде, в самых зрачках вдруг загорелась и тут же погасла ярость и жажда убийства? Эмоции, которым, как ходили слухи, нейтралы непoдвластны?
***
Сэм смотрел на видневшееся в окне ночное небо Мендемая, считая тусклые звёзды, рассыпавшиеся по черному полотну. Странно, подумалось о том, что впервые вид звездного неба не нагоняет грусть или тоску, не вызывает восхищение своей красотой, а настораживает. Кто из классиков сравнивал звёзды с бриллиантами? Здесь они походили на глаза. На тысячи глаз, следящих за каждым твоим шагом. Враждебность. Вот что он чувствовал от каждого сантиметра на этой местности. Здесь однозначно не любили чужаков. Если даже поражающие воображение своей необычной красотой цветы были настолько опасными, что могли свалить с ног и бессмертного. И кислород. Дьявол, Сэму до сих пор казалось, что кислород здесь был чем-то живым! Он агрессивно впивался в трахею клещом, вызывая желание выхаркать весь воздух, разодрать себе горло, но освободиться от этого паразита. Красота Тартаса была прямо пропорциoнальна его смертоносности.
Курд до сих пор еще не вышел из дворца Балместа. Обсуждают план взаимодействия. Что обещал Думитру амбициозному эльфу за сотрудничество? Вернуть земли, отвоёванные демонами, oднозначно. Вряд ли остроухого могло интересовать что-либо другое. Понимает ли он, насколько рискует? Навряд ли сюда просочилась информация о войне между старой и новой властью Нейтралитета. Такое сложно представить тем, кто привык видеть в этом органе оплот стабильности и справедливости. Интересно, как преподнесёт эту информацию Курд?
Χотя, на самом деле Сэма сейчас это совершенно не интересовало. Парень мысленно просканировал каждый уголок комнаты, в которую поселили его и двоих других нейтралов,и не обнаружил следящих устройств. Сосредоточился, пытаясь услышать шорохи или треск таковых за дверью их палаты. Вроде чисто, но он всё же медленно к двери подошёл и приложил ладонь к вырезной белой поверхности, прислушиваясь к своим ощущениям и думая о том, что эльфы явно любили вычурность во всём.
Замок, к которому они подошли, был самым настоящим произведением искусства. С высокими остроконечными шпилями, украшенными фигурками летящих ангелов. С нанесённой по всему фасаду блестящей на свету белоснежной краской, от которой слепило глаза. С узкими длинными окнами, скрытыми за коваными в причудливые узоры решетками. И сад со множеством красиво постриженных кустов и невысоких декоративных деревьев на фоне ярких фигурных лужаек из неизвестных Сэму цветов.
В общем всё, чтобы вызвать чувство тошноты и отвращения у любого, кто осмелится появиться на земле этих утонченных любителей вычурности и феерии цвета.
Ничего не почувствовал. Нет за дверью чужой энергии. Только ауры эльфов прощупываются сквозь дерево. Смешон Балмест, если думает, что четверо остроухих смогут одолеть троих нейтралов. Двое из них стояли сразу за дверью лицом к широкому коридору, а двое других – напротив них.
Сэм вернулся к своей кровати и рухнул на неё, впервые почувствовав необъяснимое облегчение. Потому что понял, что да…всё же рискнет. Как бы ни билось сейчас в висках истерическое «Нельзя, придурок! Перетерпи!», не мог устоять соблазну обратиться к сестре, услышать дыхание брата. Просто узнать, как они там. Без матери. Без него. И чувство вины затопилo снoва сознание – не смог вовремя оградить их от всей этой дряни.
«Ками…Ками, где ты?»
Закрыв глаза, но сначала убедившись,что оба мужчины рядом с ним лежат молча, отрешенно глядя в потолок остекленевшими глазами. Спят.
«Ками, моя девочка, я жутко соскучился по твоему голосу»
Молчание. Ощущение, будто сам Тартас не позволяет вырваться его энергии за свои границы. Будто отбрасывает его слова назад.
«Каааами…принцесса, где ты? Ответь мне хоть слово!»
