Хозяйство безпокойное ведёт,
Народ-то - русский - греча намекает.
Особого смиренья не блюдет,
По возкресеньям церковь посещает.
И Вера там Ивановна не зря -
Как Вера русских в Бога и Царя!
Не вспомнить восемнадцатый ли год?
Далече от столицы, на Урале,
Тогда кровавый брызнул “пулемет
Юровского” в Ипатьевском подвале,
Романовых изкореняя род…
Там ведь не «род», а Веру разстреляли!
Дом Ельцин снёс… Ну, был такой каприз,
И кто сказал бы: «Ты не прав, Борис!»
Те строфы разкрывать я не берусь,
Где Пушкин тайну времени вскрывает.
А что там за гвардеец-черноус
Под окнами российскими гуляет?
Прижмёшь его - сбегает, словно трус,
Отпустишь - чёрной тенью вновь мелькает?
А здесь я наше время подведу -
С октавы на декаду перейду.
Да… Черный ангел - не дурак:
Пока все судят да решают,
Он разрушает… разрушает
По брёвнышку… пока чердак
Не рухнет глыбой многотонной.
Круша святые образа,
И у мадонны погребенной
В пыль не покатится слеза…
В суетном напряженьи ждёт,
Двухтысячный лелея год…
А вот графиня. Дама не легка.
Зачем она поэту? По ошибке?
Всего тут хватит: гордость и тоска,
И даже Достоевского в избытке.
Она на Пашу смотрит свысока,
Но ей не чужды милости попытки…
- Неужто в даме не узнаешь ты
Родной интеллигенции черты?
Стряпуха Фёкла… Эта задарма
(Завидное в стряпухе постоянство)
Без слуха, бедная… а, может, и ума
России служит: это - христианство,
Точней - идеология сама,
Замкнувшая и время, и пространство,
В год Октября кухарка умерла,
Как будто бы она и не жила!
О ней жалел кот Васька «боле всех».
Да… Денежных котов тогда прижали -
В семнадцатом, когда пришёл успех,
Которые к «соседям» не сбежали -
Всех изводили, не сочтя за грех…
Им, правда, в спину и свои дышали.
И возводили для своих же благ
Дворцы, заводы, шахты и… ГУЛАГ.
Как без идеологии вдове?
Народ, взгляни на Запад! За границей -
Там варится чего-то в голове
Из Фейербаха, Гегеля и Ницше.
«Поди кухарку поищи, мой свет,
Да не была бы только озорницей!»
Пока вдова-правительство спала,
Параша в дом кухарку привела.
А вот характеристика её -
То бишь идеологии спесивой,
Которая вломилась в бытие,
Почти что как и христианство, - силой:
Пришла, уселась, словно воронье,
И с лопоухой справилась Россией,
Хоть голова и говорила ей:
«Не лезь в инфляцию - присчитывать не смей»
То пересолит, то переварит.
То страшную репрессию устроит,
То Ладогу, то Волгу засорит,
То северные реки вспять настроит,
То вдруг товаров выпуск прекратит,
То дамбу в “радость” Питеру построит…
Везде нагадит или подведёт -
Лет семьдесят уж бьётся с ней народ…
У нас волненье. Справимся ли с ним?
«Как звать тебя?» - «А, Мавра». - Наказанье!
Все знают: Мавр - был Маркса псевдоним!
Неужто же поэт предрёк названье?
Неужто шестикрылый серафим
Ему шепнул - потомкам в назиданье?
Так иль не так - на то ответа нет,
Но с Маврой мы живём десятки лет!
Случайность, скажете?
Но если бы одна!
Возьмите том с «Русланом и Людмилой»,
Перечитайте, как унесена
Невеста страшной, непонятной силой.
В Людмиле - и краса воплощена,
И нравственность страны, поэту милой.
А кто же вор невесты молодой?
Да тот же Карло (Мавра?) с бородой!
Дочь и вдова: народ и власть сиречь -
Пошли к обедне… Делать перестройку.
Им Мавра обещала торт изпечь,
Устроить пир… по-нашему - попойку.
И тут вдова ведёт от страха речь,
Мол, не попасть бы нам в головомойку?
Не обкрадёт ли Мавра-“мастерица”,
Да с тем не улизнёт ли за границу?
Ах, бедный наш российский дол и лес!
Нефть, уголь, газ… Рукой махнули, ладно!
Какой вас на закланье продал бес?
Кто тащит всё, усердствуя нещадно?
Кто, превращая деньги в злата блеск,
Спешит рвануть на Запад безоглядно?
Читатель мой! Вот Пушкина печать:
Пророчествовал он - нам отвечать!
Итак, вдова, от Покрова спеша,
Увидела через окно девичье -
Мавруша брилась! Уносись, душа,
Наш идеал менял своё обличье.
Застигнутая, юбками шурша,
Она бежать, забывши про приличья.
И ведь сбежит, с намыленной щекой.
Но обретёт ли наш народ покой?
Волненья по “краям” да по “верхам”,
Да журналисты разжигают страсти.
Пока российский спит «холоп и хам»,
Гвардейцы-черноусы рвутся к власти.
Как будто бы и не наука нам -
С начала века горькие напасти…
Вновь ставят “генераторы идей”
Эксперимент над Родиной моей.
Теперь у них - в капитализм волна!
Социализм изказив безбожно,
Создав вранья обилье и вина,
Вдруг объявляют, что ученье - ложно!
Что собственность нам - частная нужна,
Что нам без их “культуры” невозможно…
(В “Кубани” Шафаревич между дел
Заупокой социализму спел…)
А что народ не проявляет прыть?
Народ всё смотрит в «зеркало Параши».
То зеркальце умеет говорить
И всё бичует заблужденья наши.
И не даёт Россию ни сплотить,
Ни отрезвить. Хоть обещает каши,
Доставленной нам «из-за Рубежу».
Вкус каши той известен и ежу!…
«Начав за здравие, сведем за упокой»
Мы все дела. И перестройку также
Но Пушкин - оптимист одной строкой -
Он нам неизмеримо больше скажет
Всех тех “речей”, что ныне льют рекой.
Грядущее, как говорят, покажет.
Гадать о нём пока поберегусь,
Но кажется, зашевелилась Русь!
