Переход к «рынку», если смотреть на него с точки зрения достаточно общей теории управления, - это освоение аппаратом
[154] и Госпланом методов управления статистическими характеристиками процессов производства и разпределения продукции в дополнение к директивно-адресному управлению. Такой переход может опираться только на точные расчёты и решение задачи обеспечения устойчивой платёжеспособности отраслей: это удел науки, способной показать возможные варианты, из коих “парламент” может выбрать только один, и проводить в жизнь который должен аппарат. Многолетняя говорильня здесь неуместна. Голосование по статьям госбюджета - явная глупость, аналогичная голосованию о значении вектора-столбца решения системы линейных алгебраических уравнений: если бы парламентарии так попробовали бы в школе решать задачки по алгебре, то ни один из них не получил бы аттестата зрелости, но справку о тихом помешательстве - вполне возможно.
Налоговая политика государства, опирающегося на рыночный механизм, должна быть подчинена целевой функции управления общественным производством, поэтому не может быть единых налогов для регионов страны и всех отраслей её народного хозяйства.
Налоги, дотации и субсидии, прямые государственные инвестиции - средства подчинения взаимно-отраслевой конкуренции целевой функции управления общественным производством.
Их сочетание позволяет обеспечить устойчивую платёжеспособность отраслей при их продуктообмене друг с другом. Это средства безструктурного управления статистическими характеристиками производства слабыми манёврами. Средства чрезвычайного управления - сильные манёвры - прямое вмешательство государства в ценообразование производств негосударственного сектора экономики, но это уже директивно-адресное управление. При этом необходимо помнить, что изправляемая государством свободная цена рынка - элемент прейскуранта, а сам прейскурант - финансовое выражение вектора ошибки управления обществом. То есть коррекция цены допустима, но необходимо устранение ошибки управления, вызвавшей необходимость прямого вмешательства в ценообразование. При этом ошибка управления может быть даже вне сферы экономической жизни общества; в экономике она просто проявляется. Но и это чрезвычайное средство не может не быть подчинено обеспечению устойчивой платёжеспособности отраслей. “Наши” же рыночные реформаторы негодуют по поводу “нерентабельности” отраслей в целом, государственных дотаций, «командно-административной» (по-русски командно-командной, по-латински административно-административной) системы; создали взаимно-отраслевую конкуренцию; не в силах отказаться от вмешательства в ценообразование даже на продукцию колхозов (хотя бы юридически являющихся кооперативной собственностью), которые худо-бедно, а кормили до 1990 г. всю страну; предоставили свободу ценообразования кооперативам воров в законе, занятым посредническими операциями и навешиванием своих “фирменных знаков” на чужую продукцию. «Рыночники» сами отказались от директивно-адресного управления плановой экономикой, но и к «рынку» перейти не могут без развала, похлеще застойного. Поскольку с точки зрения признающего “стихию рынка” «политика есть концентрированное выражение экономики», то даже в этом миропонимании рыночной экономике может соответствовать только “стихийная” рыночная политика, что наряду со слабоумием, может объяснить деятельность “наших” рыночников.
Итак, получается:
· что прибыль кредитно-финансовой системы в целом безсмысленна;
· что качественно разнородные отрасли должны быть устойчиво платёжеспособны, а для этого - вне зависимости от их финансовых успехов - государство обязано обеспечить покрытие убытков одних отраслей за счёт прибыли других, сообразно целевой функции управления общественным производством, иначе будет нарушен продуктообмен в общественном объединении труда и, если его не возстановить вовремя «рыночно» или директивно, то лебеду жрать придётся работающим и в ранее прибыльных отраслях вслед за убыточными.
Если же убыточны все отрасли, то это означает, что процветает самое обыкновенное воровство и этим должны заниматься МВД и КГБ, а не Госплан и Минфин, ПОДЧИНЁННЫЙ Госплану. Так видится процесс функционирования кредитно-финансовой системы, обслуживающей «рыночную» экономику, с позиции общесуперсистемного уровня значимости.
