· до профессионально ростовщического “давая тебе деньги в таком количестве, я рискую, что ты их потратишь, а прибыли не будет. Таких, как ты, у меня много, многие из них разоряются, и я терплю убытки. Поэтому нужен ссудный процент, чтобы и тебе (если ты не разоришься), и мне (я-то так точно не разорюсь) было хорошо, поскольку за счёт ссудного процента я тоже покрою СВОИ убытки от разорения моих (или РАЗОРЕНИЯ МНОЮ? - всё в делах, некогда разобраться…) должников.”
И после того, как взаимопонимание с кредитором
[163] достигнуто, ситуация качественно изменилась. Если до этого момента, хотя бы с точки зрения частного предпринимателя, “стихия рынка” существовала, то в момент появления ОРГАНИЗОВАННОГО кредитора стихия рынка
Банковский кредит от кредита частного ростовщика отличается только тем, что ростовщик даёт в рост “свои” “честно” нажитые деньги, а банк даёт в рост деньги вкладчиков, возвращая вкладчикам часть ссудного процента в качестве процента по вкладам.
На определённом этапе развития общественного производства просьба о кредите предпринимателя сопровождается встречными вопросами: что он собирается производить; по чьим патентам и технологиям; кому он собирается продавать? В зависимости от ответов на эти вопросы выставляются и условия кредита, определяющие НЕ УСПЕХИ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ПРОИЗВОДСТВА, изходя из общественных интересов, а УСТОЙЧИВОСТЬ ПЛАТЁЖЕСПОСОБНОСТИ предпринимателя, изходя из заинтересованности кредитора в успешном функционировании данного производства в данном обществе при данной его социальной организации и принадлежности производства данным его владельцам.
После этого остаётся вспомнить ветхозаветное «И будешь давать взаймы многим народам, а сам не будешь брать взаймы» и заглянуть в брошюру В.П. фон Эгерта “Надо защищаться” (СПб, 1912 г., сообщает со ссылкой на еврейские круги США: мировое еврейство, в том числе и “русское”, объявило России войну; поэтому для России кредита не будет, но будет выгодный кредит и безвозвратные ссуды её противникам) и всё станет на свои места: институт кредита в руках иудейской мафии, подчинённой раввинату директивно-адресным способом, является средством безструктурного управления «рыночной» экономикой и продажной политикой в глобальных масштабах; институт кредита в руках псевдоэтнической мафии подчиняет директивно-адресное управление в структурно обособленном производстве интересам генералитета мафии с момента заключения договора о кредите.
Проще говоря:
Еврейская “наука” каббала
Ветхозаветной мистикой была.
Ключи писаний Моисеевых хранила,
Древнееврейское предание в ней жило.
Лишь узкий круг в неё был посвящён,
И смысл её был тайной окружён.
Но сколь бы многое за тайной той ни скрыто,
А узнан в тайне институт кредита.
Не даром же арабская молва
Звала еврейским словом кабала
Расписку долговую.
В значеньи этом -
И, думаю, что вряд ли ошибусь, -
На смену игу кабала пришла на Русь:
Услышал “бог” народные молитвы
И начал смену с Куликовской битвы
С тех пор народ наш кабалу вполне познал,
Гнёт безъизходный в ней признал,
И в этом жутковатом смысле
Она теперь кочует в нашей жизни.
Порою пропадает до забвенья,
Но в перестройке получает обновленье.
Институт кредита является обобщённым средством управления, когда находится в руках самого общества или ЕГО государства, и обобщённым оружием, когда находится в руках антинациональной интернацистской мафии. В Евро-Американском конгломерате это оружие четвёртого приоритета находится в руках сионистского интернацизма. Требование невмешательства государства в экономическую деятельность общества - это требование МАФИИ о предоставлении ей свободы вмешательства в управление как общенародным хозяйством в каждом государстве, так и глобальным хозяйством всего человечества.
Отсюда: в странах конгломерата управление и финансы в относительном порядке; а Россия - поле боя, здесь - развал. И выходов у народов страны два: либо сдаваться на милость сионо-интернацизма и стать его рабочим скотом; либо ликвидировать сионо-интернацизм
