– Мы об этом уже догадались, – буркнул Джеральд. – Не трать времени даром, горбун.
– Прежде всего поговорим о вашем алиби на тот вечер, когда была убита ваша мать.
Джеральд сдвинул брови и сжал кулаки.
– Ты что, намекаешь, что это мы убили свою мать, горбатая шельма? – взревел он.
– Я просто хочу узнать все подробности. Насколько нам известно, вы заявили, что были на петушиных боях и тому имеется множество свидетелей.
Джеральд зашелся хриплым издевательским смехом:
– Под нас тебе не подкопаться, крот горбатый! Да, мы были на петушиных боях в компании доброй дюжины друзей. А после завалились в таверну «Белый лев» и просидели там всю ночь. Хочешь узнать имена свидетелей? Джон Аткинсон, который служит у сэра Ричарда Саутвелла. Уильям Бейли и Майкл Хар служат тому же хозяину. Эдвард Уайт, сын сэра Джорджа Уайта. Мы все напились в стельку и пошли домой к Джону отсыпаться. В таверне мы задали трепку какому-то невеже, который пытался получить пиво прежде нас. Я двинул его по башке цепью, так что тот свалился с копыт. Наверняка хозяин таверны это запомнил, да, Барни?
– Это уж точно, – ухмыльнулся Барнабас; к молодчикам возвращалось их прежнее нахальство.
– В Бриквелле я видел несчастного парня, которого вы ударили по голове дубинкой, – сообщил я. – Теперь он впал в детство и ничего не соображает.
– Болван получил по заслугам, – невозмутимо ответил Джеральд. – Теперь до старости будет нести чушь да распускать слюни. Нечего было соваться на нашу землю, верно, Барни?
– Верно. Да и кто он такой, в конце концов? Крепостной, и ничего больше. Мало чем отличается от вола или осла.
– Тем не менее за нанесение подобного увечья вас обоих можно вздернуть на виселицу.
– Сказки для глупых детей, – презрительно пожал плечами Джеральд. – Вайтерингтон не станет поднимать шума, потому что понимает: на суде придется признать, что он незаконно вторгся в чужие владения. Так что можете не стараться, канальи, этого придурка вам на нас не повесить. – Он прищурил свои полыхающие злобой глаза. – Кстати, а на кого вы работаете? Кто вас послал?
– Локвуд работает на Копулдейка, Джерри, – сообщил Барнабас. – А Копулдейк – приспешник леди Елизаветы, этой маленькой потаскухи, что водила шашни с Томасом Сеймуром. Ясное дело, она хочет спасти нашего папашу от виселицы, потому что он приходится ей родственником. Ее мать, тоже шлюха, была из рода Болейн.
– Молодые люди, вы, кажется, забыли, что в случае, если ваш отец будет осужден на смерть, все его земельные владения отойдут королю, – напомнил я.
– Ничего, мы их живо вернем, – самоуверенно заявил Джеральд. – Наймем адвокатов, и они подадут просьбу протектору. Конечно, этот здоровенный сарай, который папаша купил в Лондоне, придется продать за долги. Но нам достанется Бриквелл. Прогоним всех арендаторов прочь, разведем овец, будем стричь шерсть и жить припеваючи.
– Вы не сможете ничего продавать и покупать, – предостерег я. – После смерти отца вы поступите под опеку двора и будете находиться в полной власти леди Марии и сэра Ричарда Саутвелла.
– Дед все уладит. Он выкупит право опеки над нами, – заявил Барнабас, однако в голосе его я впервые различил нотки сомнения.
От слуха Джеральда они, по всей видимости, тоже не ускользнули, ибо он метнул в брата предостерегающий взгляд. Судя по всему, в этой паре вожаком являлся Джерри.
– Насколько я понял, перспектива того, что вашего отца вздернут на виселицу, вас ничуть не печалит? – с легким недоумением спросил Николас.
– А чего нам о нем печалиться? – пожал плечами Джеральд. – Наш папаша слюнтяй и размазня, да к тому же развратник. Из-за того что он завел шашни с этой тварью Изабеллой, матери пришлось уйти из дому. Пусть теперь подонок болтается на виселице. – Он возвысил голос, задрожавший от злобы; в это мгновение мне показалось, что юнец близок к безумию.
– Еще один вопрос, и мы отпустим вас с миром, – пообещал я.
– Разумеется, только в том случае, если вы будете хорошими мальчиками, – издевательски добавил Барак.
Джеральд сжал кулаки; я уж думал, он сейчас набросится на Барака, но тот снова прижал острие ножа к шее юнца, не давая ему шевельнуться.
– Мне бы хотелось узнать, с какой целью вы украли у Саймона Скамблера ключ от конюшни, – негромко произнес я. – Это произошло за несколько дней до того, как ваша мать была убита.
Во взглядах, которыми обменялись близнецы, мелькнула откровенная растерянность.
– Клянусь толстой задницей Марии Магдалины, откуда они это выкопали? – вопросил Барнабас.
– Видно, это чертов недоумок Грязнуля распустил язык, – ответил Джеральд. – И теперь они думают, что мы столкнули старину Снокстоуба в реку.
Братья дружно расхохотались. Беспокойство, которое они испытали, поняв, что нам известно о пропаже ключа, длилось недолго.
Тоби пошевелил мечом, наставив его точно на живот Барнабаса.
