В первую очередь от осознания того, что испытают родители, когда узнают о моей смерти. Насколько тяжело они это переживут. Ведь несмотря на все наши мелкие ссоры, мы с ними очень любим друг друга.
А ещё я, наконец, осознал куда попал и чем мне это грозит. И понял, что в ближайщее время мне моего мира не видать. И первая радость от посещения другого мира, когда я только-только выбрался из пещер мгновенно сменилась тяжелейшим унынием.
Теперь-то я всё понял...
Не могу сказать точно, сколько времени мне понадобилось на то, чтобы взять себя в руки и перестать скулить. И тем не менее, я всё-таки смог выбраться из пучин горя и вернуться к действительности.
Первым же делом, я решил открыть глаза и осмотреться. Надо было понять, как восприняли мою вспышку окружаюшие меня разбойники. Если, конечно, кто-то есть рядом.
Открыв теперь уже свои глаза, я несколько минут привыкал к способности нормально видеть. Это оказалось не так уж и просто. Смотреть именно глазами, а не мыслями, я имею в виду.
К тому же в первое мгновение меня ослепил яркий солнечный свет. Как оказалось позже, его источником была небольшая дыра в крыше палатки, под которую меня так удачно положили. Более-мене привыкнув, я, наконец, огляделся.
Первичный осмотр, дал мне понять, что лежу я на небольшой раскладной койке. Судя по повязке на плече и пятёрке бесчувственных бандитов разной степени целостности, я в бандитском медпункте.
Кстати, похоже скулили я не так уж громко, раз никто из моих соседей даже не проснулся.
Удовлетворённый осмотр, я попробовал сесть и со второй попытки, мне это удалось. Хотя чувствовал, я себя при этом... спорно.
Приняв сидячее положение, я с опасением глянул на пятерых раненых. Всё-таки бесшумно сесть не получилось. Но беспокоился я зря: несмотря на оханья и приглушённые проклятия, которыми я так и сыпал, никто из раненых даже не шелохнулся.
Убедившись, что непосредственной опасности мне сейчас не угрожает, я решил прикинуть хотя бы в черне план моих дальнейших действий. Накатившая слабость заставила меня вновь улечься. Сразу вспомнилось, что точно так же я себя чувствовал, после того как месяц пролежал почти неподвижно на койке в отделение травматологии. Тело было будто свинцом налито вперемешку с ртутью.
Исходя из этого можно сделать вывод, что провалялся я довольно продолжительное время. Однако во всём есть хорошие стороны: благодаря длительной отключке моё новое тело успело себя уже прилично подлатать.
Правда, думаю, в процесс моего выздоровления внесла свою лепту местная медицина. Если здесь по дорогам ходят некроманты, то кто знает, чем тут народ лечат?
Как бы то ни было, я на данный момент дееспособен. Еле-еле конечно, но всё-таки. Думаю, сейчас, пройдёт слабость и смогу встать уже окончательно.
Но вернемся к планам на будущее. Сразу можно отметать вариант, при котором я остаюсь у разбойников. Не знаю, кем был предыдущей обладатель тела, но я на него вряд ли похож. Да и опасное это ремесло, есть реальный шанс словить клинок под рёбра или стрелу в глазницу. А мне несмотря на все произошедшее всё-таки хочется пожить подольше
К тому же после захвата мной этого тела, в нем похоже не осталось ни одного навыка его предыдущего хозяина. А чтобы выжить в банде нужно умение в обращении с оружием, которого у меня нет. Так, что стоит подумать о другом месте трудоустройства.
Стоп... всё это обождёт. Почему вообще я занимаюсь этим бредом? Я же совсем ничего не знаю об этом мире, а уже собрался понастроить себе планов. Да что там говорить, я даже не знаю смогу ли я общаться с аборигенами. В образе духа я их понимал, но тут были скорее какие-то заморочки связанный с полтергейстовым состоянием. А сейчас?
Я ведь выдавил полностью душу разбойника из тела. И похоже этот поступок был большой глупостью с моей стороны. Надо было оставить хоть бы кусочек его души, а теперь как хочешь, а придётся учить язык с нуля.
А ситуация между тем складывается просто шикарная: я не знаю языка, местных реалий, не знаю об этом мире вообще ничего. Но с чего-то начинать всё-таки придёться, поэтому за дело.
Слабость отступила и уже куда уверенней чем в прошлый раз сел на койке. Самое важное для меня, сейчас, смыться из лагеря. Сомневаюсь, что бывшие собратья по ремеслу оценят шутку юмора, когда член их банды вдруг перестанет говорить понятным языком и вообще станет вести себя совершенно иначе, нежели раньше. Прирежут как пить дать.
Мало ли в меня демон вселился? И надо сказать они будут недалеки от истины так, что не стоит их провоцировать на эти, несомненно, неприятные для меня поступки. Нет, определённо надо немедленно уходить, даже, несмотря на то, что я ранен. Надеюсь, что я смогу хотя бы как-то передвигать ноги.
План минимум родился, пора его исполнять. За всё то время, пока я предавался размышлениям ни один из моих соседей по этому мини-госпиталю так и не проснулся, и никто не заходил нас проведать. Впрочем, всё это мне только на руку.
