Это всегда помогало. Настроение поднималось, я начинал воображать, как я всё правильно устрою. Как для начала я изобрету динамит, крекинг нефти и двигатель внутреннего сгорания, построю заводы и введу восьмичасовой рабочий день, как построю свой собственный город, как будет там хорошо жить, а на завтрак всегда печёная курица и бутерброды с икрой.
Отчасти помогло и в этот раз. Я увлёкся строительством виртуальной империи, подзабыл про Упыря и не заметил, как добрался до дома.
Дома было хорошо. Родители на работе, а Сенька отправился хлопотать о похоронах пока ещё живой собаки Шахова. Я заглянул в холодильник, нашёл тушёную капусту, поставил греться на газ. Отломал от батона горбушку, стал есть.
Почти сразу в окно постучали. Я испугался, что это пожаловал голодный Вырвиглаз, но оказалось хуже.
Упырь.
Улыбался. Недавно же разошлись…
– А я это… К тебе решил зайти.
– Зачем?
– Просто. Мы уже сколько дней дружим, а так ещё толком и не поговорили.
– О чём? – спросил я.
– Обо всём.
По кухне пополз запах горелой капусты.
– Погоди, я сейчас.
Я не спеша перемешивал капусту и думал: неужели он такой дурак? Неужели он не понимает, что мне неохота с ним дружить? Неужели он такой кретинчик?
Капусту я спас, аппетит спасти не удалось. Поглядел в окно. Никуда он не делся, стоял под окном, нюхал георгин.
– У тебя хобби есть? – спросил он.
– Есть, – ответил я. – Люблю пожрать, знаешь ли.
– Я тоже, – хихикнул Упырь. – Мама говорит, что я такой обжора, каких свет не видел.
Да насрать, какой ты там обжора!
Подумал я, но вслух ничего не сказал.
– Тут у вас цветы такие хорошие, как называются?
Остатки аппетита стремительно рассасывались в прах. Упырь продолжал:
– А мы ещё не успели никаких цветов посадить, но мама посадит обязательно. Когда цветы возле дома растут – это здорово и красиво. Может, твоя мама моей маме даст потом семян…
За что мне всё это?! В прошлой жизни я был негодяем, это не вызывает никаких сомнений. Это точно. Я предавал Родину, отбирал у голодающих хлеб, жестоко обращался с животными. Теперь у меня есть Упырь. Моя мама даст его маме семян!
– У нас цветов нет пока, только старые какие-то, засохшие. И пруд во дворе. А папа в пруд рыбу выпустил, китайского оранжевого карпа, ему надо специальный корм привозить, специального китайского червя. Ты рыбалку любишь?
Я про рыбалку не ответил, сказал:
– Послушай, Денис, я это… У меня такая привычка, я не люблю есть, чтобы кто-нибудь рядом был и смотрел. Тебя можно попросить, ты не мог бы пойти ко мне?
– К тебе?
– Ну, в другой дом. В старый. Там посиди, посмотри, а я как пообедаю, так приду.
– Без проблем. Ты мне ключ дай.
– Там открыто.
Упырь исчез. Я осторожно выглянул в окно. Упырь исчез.
Капуста остыла, была тёплая, я не люблю когда тёплая, а ладно…
Устроился за столом, взял ложку, стал есть безо всякой радости. Может, кровь начать пить? Как Упырь. Буду выходить ночью, охотиться на баторцев. Хотя нет, на баторцев и не поохотишься, у них ведь туберкулёз.
Интересно, вампиры болеют туберкулёзом?
Капусту прикончил безо всякого удовольствия. Хотя и не прикончил, так, дожевал. Приканчивать можно бифштекс размером с тарелку, или стерлядь под белым луковым соусом, или огромную тарелку с блинами. А капусту не прикончишь.
Я помыл тарелку, поставил на огонь чайник. Выпью чаю. Мяты накрошу, успокоюсь слегка. Вспомнил про тетрадь. С записями. Вдруг Упырь найдёт?
Рванул к себе.
Упырь скромно сидел на стульчике и читал «Последнюю войну». До тетради моей он не добрался.
– Классная книжка, – сказал Упырь. – А ещё что-нибудь такое есть?
– «ЦРУ против СССР». Рекомендую. Вся правда о холодной войне. Культовая книга, сейчас нигде не найти.
– Дашь почитать? – загорелся Упырь.
– Дам.
Конечно, дам. Чем больше он читает, тем меньше мы общаемся.
– У тебя брат есть? – спросил Упырь. – Ты говорил тогда.
– Есть.
– А у меня нет, – грустно сказал Упырь. – А мне всегда хотелось…
– Тебе повезло, – перебил я. – Мой брат – редкий урод и психопат. Если бы у тебя был мой брат, твоя жизнь стала бы ужасна.
– Почему?
– У матери случился авитаминоз во время беременности. А потом ещё… Ну, одного из моих предков закопали живьём. А он очухался в гробу. И четыре часа пытался из этого гроба выбраться, даже зубами грыз. Потом его всё-таки откопали, он остался жив и поседел, все закончилось более-менее нормально. Но потом выяснилась забавная деталь – многие в нашей семье стали увлекаться похоронным бизнесом. Видимо, это отпечаталось в генетических структурах. Это и до сих пор проявляется, почти в каждом поколении. Мой брат вот теперь… Короче, он хочет кого-то похоронить. Он пока ещё держится, но при случае запросто похоронит любого. Живьём. Его надо опасаться.
Эту историю рассказал Вырвиглаз. Скорее всего он её выдумал. А я ещё немного допридумал, Вырвиглазова история заканчивалась на том месте, где его предка откопали, и ничего в его генных картах не отпечаталось. А про Сеньку это уже я сам добавил.
– Поэтому я и перебрался в другой дом, – закончил я.
– Как интересно… А у меня отец стреляет хорошо, он в детстве чемпионом был. А у тебя отец чем занимается?
