В жизни Аси есть два увлечения: подводное плавание и фотография. Но, погружаясь с фотоаппаратом в глубины прекрасного Голубого озера она не знает, что у него есть еще одно название. Местные жители называют его Мертвым…
– Воняет! – Ася зажала ладошкой нос и рот. – Мам, закрой окно!
– Не поможет, – ответил папа, выворачивая руль, чтобы удержать машину на разбитой просёлочной дороге. – Потерпи, ты быстро привыкнешь.
Ася отвернулась.
Справа и слева тянулись бесконечные поля. Трава у самой дороги была покрыта пылью, которая врывалась в незакрытые окна автомобиля и оседала на лице стягивающей кожу маской. И все из-за того, что кондиционер барахлил, а папа не нашел времени починить его или хотя бы отогнать машину в ремонт.
А лето выдалось жарким! Солнце иссушило землю, и здесь, за городом, отчетливо пахло пылью. И сероводородом.
Вонял струящийся вдоль дороги ручей.
Ася огляделась и достала смартфон:
– Па, можешь притормозить? Я сфотографирую.
Папа хмыкнул, но остановился.
Ася даже выходить из машины не стала. Просто наклонилась вперед и сфотографировала убегающую вдаль дорогу прямо через лобовое стекло. Вышло не так уж и плохо: степь с белесыми прожилками ковыля, бурая земля, серебристый штрих ручейка… Если поиграть с фильтрами и добавить какую-нибудь цитату о вечности и Пути, то… Может прокатить.
Папа не стал ждать, пока она придумает, как лучше выложить фото в инстаграм – машина дернулась и поскакала по кочкам дальше. Набирать текст стало просто невозможно.
– Ну папа! – возмутилась было Ася, но поймав в зеркало вида строгий взгляд мамы, замолчала. Ничего, выложит позже.
Наконец, справа мелькнула знакомая по фотографиям вывеска, машина скатилась с пригорка и остановилась.
Папа отъехал подальше от толпы.
– Ну, как вам?
Ася вылезла из машины и огляделась. Небо, степь, больше напоминающая пустырь с редкими деревцами и два озера. По берегу одного бродили люди и фотографировали, фотографировали, фотографировали… Ася тоже потянулась за смартфоном.
– Потом, – остановила папа. – Давай раскладываться.
Надо было поставить две палатки и разложить походный стол. А потом помочь приготовить на газовой горелке обед – гречку с тушенкой и помидорный салат. Но мама, видя нетерпение дочери, улыбнулась:
– Бери уж, фотографируй. Только в воду не лезь!
Ася и не собиралась. Погружение – это потом. А пока нужно сделать как можно больше хороших снимков для соцсетей.
Папа посмеивался над желанием дочери стать известным блогером, но увлечение фотографией поддержал. Даже купил камеру для подводной съемки. Правда, на суше с ней было неудобно, но Ася спокойно обходилась смартфоном.
Над заросшим озером летали, сверкая крыльями, стрекозы. Ася решила подойти поближе – такие кадры очень подходили тематике её канала. Но стоило раздвинуть высокую траву, как желание фотографировать пропало: берег оказался топким, в следах от коровьих копыт, а на воде покачивались островки из пластиковых бутылок, упаковок из-под чипсов и серебристых фантиков от конфет.
Это было еще хуже запаха сероводорода.
Ася на всякий случай сделала несколько быстрых снимков, мало ли – пригодятся для того же поста о свинском отношении к природе, и направилась ко второму водоему.
У мостков толпились люди, и Ася обошла озеро вокруг. С поросшего деревьями пригорка открывался изумительный вид. Показалось, что озеро наполнено не водой, а небом, в котором медленно плывут кучевые облака. От этой картины захватило дух, и Ася замерла, боясь спугнуть чудо.
Взгляд бездумно скользил по раскинувшейся под ногами синеве, а потом сквозь белоснежные облака проступила тень – словно плотный сгусток тумана. Ася схватилась за смартфон.
Голоса над озером отошли на второй план, они превратились в неясный гул, и тишину нарушали только резкие щелчки – Асе нравился звук спускаемого затвора. Словно на настоящий фотоаппарат снимаешь.
Сгусток быстро пересек озеро от берега до берега и растворился где-то под мостками. Ася до рези в глазах вглядывалась в воду, но не увидела ничего, лишь неясные отражения стоящих на мостках людей.
Девушка вывела на экран только что сделанные фотографии. Пятна не было. Лишь все та же пронзительная безмятежность. Хотя…
Ася увеличила кадр. За одним из облаков виднелась серая муть. Но рассмотреть, что это такое, не получилось.
– Бесполезно. Аномалия какая-то, – пробормотала Ася и вздрогнула от неожиданности, когда щеки что-то коснулось. Девушка резко повернулась, чтобы тут же наткнуться на длинный кусок целлофана, который кто-то привязал к ветке дерева.
Ася брезгливо отстранилась – порезанные на лоскутки пластиковые пакеты висели почти на каждой ветке. Ветерок теребил их, и шорох целлофана чем-то напоминал шелест листьев.
– Как на помойке, – желание любоваться видами исчезло. Ася собралась уходить, но взгляд скользнул по поверхности озера. Пятно появилось снова, причем возле самого берега, практически под обрывом. Ася наклонилась, чтобы все-таки рассмотреть, что это такое.
Тень. Всего лишь тень от деревьев. Там, где она падала на воду, небо исчезало, и можно было рассмотреть кусочек дна.
Она сделала еще несколько снимков. И повернулась к дереву.
Озеро, это одно – лезть в загаженную воду чревато для здоровья, а вот снять с веток накрученный на них мусор – святое дело.
