– Это там, где вчера вечером начались ожесточенные бои наших с войсками диктатора?
– Догадливые вы, парни. Именно оттуда, – подтвердил водитель. – Каддафисты отошли на исходные позиции, но и нам пришлось отступить. Много наших погибло. И из вашего города девятнадцать человек были убиты. Это из тех, чьи тела успели унести с поля боя и затем опознать...
– Так ты что, погибших сюда везешь? – с дрожью в голосе спросил постовой с биноклем. Он, его напарник и внимательно вслушивающийся в разговор пулеметчик не на шутку разволновались.
– Да, – тихо сказал шофер и утвердительно кивнул головой.
– Послушай, а можно взглянуть на тела? – вдруг заговорил пулеметчик. – Мой старший брат в тех краях воюет. Я не смогу спокойно стоять здесь, пока не узнаю, нет ли его среди погибших.
– Вообще-то мы тоже хотели посмотреть, – заметил один из постовых.
– Да смотрите. Только учтите, что зрелище не для слабонервных, – предупредил водитель. – Борт приоткрыть или так полезешь?
– Так полезем, – ответил за всех пулеметчик, первым поднимаясь в кузов.
Тела были прикрыты простынями и одеялами. Бойцы стояли на краю кузова, не решаясь убрать покров.
– Парни, давайте скорее, – торопил шофер. – Мне сегодня еще назад возвращаться надо будет.
В этот самый момент простыни и одеяла разлетелись в стороны, а из-под них возникли вооруженные автоматами люди, которые сразу же открыли огонь по опешившим от неожиданности постовым. Пулеметчик попытался спрыгнуть на землю, однако водитель пустил ему пулю в голову из пистолета, который все это время находился при нем. Стрельба затихла в считаные секунды.
«Ожившими трупами» были морские пехотинцы. Роль шофера сыграл сам лейтенант Трайпл. Он был рад, что замысел удался, и поблагодарил своих людей за слаженные действия и быстроту реакции.
Сев снова за руль, Алан отвел грузовик на обочину за постом. Машина не должна была вызывать подозрений. Тем временем морпехи, используя вместо носилок простыни и одеяла, спешно потащили трупы убитых ливийцев и спрятали их от посторонних глаз в густых зарослях. Несколькими минутами позже пост выглядел как обычно. Американцы заняли места постовых и пулеметчика. Подмены никто не заметил. Алан даже произвел проверку документов у водителей нескольких грузовиков, которые вскоре появились на подъезде к городу. И только того автомобиля, которого американцы больше всего ожидали, все не было. Трайпл сжал зубы и продолжал ждать, полагая, что появление нужного грузовика – дело времени.
Гарантии, данные Ахмедом Ибрагимом, радовали. На всем пути следования ни один повстанец не попытался остановить грузовик, в котором ехали русские. Им приветственно сигналили, махали руками и улыбались, открывали шлагбаумы и заранее убирали изгороди из колючей проволоки там, где таковые встречались. Не дорога, а просто сказка. Ощущение праздника не покидало Серебряковых и Гончарова, положительные эмоции захлестывали их. В конце концов Антон не удержался и затянул детскую песню из мультфильма о бременских музыкантах: «Ничего на свете лучше нету, чем бродить друзьям по белу свету». Ее подхватили Ирина, Игорь и Виктор, а вскоре к ним присоединился и Вадим. Сибил, сидевшая в кабине вместе с Андреем, с удивленной улыбкой оборачивалась, чтобы посмотреть на беззаботно поющих русских. Ей не терпелось узнать, что за песня звучала в их задорном исполнении.
– Это русская народная песня? – спросила она у Батяни.
– Что-то вроде того, – усмехнулся он.
– А о чем она? – не унималась англичанка.
– О здоровом образе жизни, – снова усмехнулся Лавров.
Журналистка поняла, что ее разыгрывают, и как-то совсем по-свойски шлепнула десантника по плечу. Тот засмеялся.
Впереди замаячил блокпост. Подобных ему осталось за спиной не так и мало, так что причин для волнения не было. Однако майор почувствовал неладное. Что именно было не так, он сразу не понял и стал напряженно думать. До поста оставалось еще несколько километров. Имелась парочка минут, чтобы поразмыслить и понять причину своего ощущения. В голове Батяни всплывали образы блокпостов, через которые они уже успели проехать. На каждом из них можно было сразу заметить постовых, никто из них не прятался. В данном же случае никого не было видно. Складывалось впечатление, что постовых там просто нет или они хорошо спрятались. «Елки-палки, неужели этих не оповестили о нас? – мысленно задался вопросом десантник. – Спрятались за бочками, выжидают удобного момента?»
Внезапно со стороны обочины на дорогу ветром вынесло кусок белой ткани с красными пятнами.
– Простыня? – недоуменно воскликнула Кеннет.
– Со свежей кровью, – процедил сквозь зубы Лавров и резко надавил на педаль газа.
