Ким хотела понять, держали ли в этом здании и Стейси, и Фиону. Мисс Коули выбрала безоглядный бег и смогла почти добраться до периметра, пока не угодила в капкан.
Двигалась детектив очень осторожно, не зная, сколько еще подобных сюрпризов разбросано вокруг.
Пока она изучала окрестности, голоса стали разбредаться в разные стороны.
Ким прижалась спиной к стене и, спрятавшись в ее тени, задумалась.
Если Стейси выведут из здания и она услышит обратный отсчет – выберет ли Вуд бег без оглядки или попробует спрятаться?
Стоун попыталась поставить себя на место констебля и думать так же, как она, – то есть прагматично, не забывая при этом делать поправку на ужас, который ощущает ее коллега. Если Вуд просчитала ситуацию и поняла, зачем она здесь, то поймет и причину обратного отсчета. Но сможет ли она понять, что добраться до безопасного места практически невозможно и бежать не имеет смысла? Или паника и инстинкт возьмут над ней верх и заставят ее двигаться как можно быстрее?
А вдруг она решит, что плотная тьма за этими зданиями ничем ей не поможет?
– Что же ты решила, Стейси? – прошептала Ким в темноту, приближаясь к входу в здание.
В окне мелькнула тень. Тень человеческой головы. Инспектор подумала о том, что можно было бы ворваться в здание и схватить за горло первого попавшегося ей человека. Но Стейси этим не поможешь. Не сейчас, когда за ней охотится армия подонков, вооруженных ружьями.
Стоун пригнулась и отошла от окна. Это подождет.
Ползла она очень медленно. Вокруг была масса шурфов, ловушек и других опасностей. Делая очередное движение, Ким все время ждала, что в нее вот-вот вопьются зубы капкана.
Она проползла мимо открытого прохода в форме полукруга, который вел в покрытое жестью строение.
Ее левая рука нащупала что-то в траве.
Кожа.
Ким присмотрелась.
Форменный ботинок с берцами до лодыжек.
Детектив подняла его.
Это был ботинок Стейси.
«Проклятие! – пронеслось в голове у Стоун. – А что, если эти уроды уже добрались до нее?!»
Ким уже хотела в отчаянии отбросить ботинок в сторону, но тут ей в голову пришла шальная мысль.
Стейси яростно терла руки, стараясь согреться и побороть охвативший ее страх. Она пыталась вести счет времени с того момента, как прозвучали три выстрела. Выходило, что прошло около двух минут.
Ее единственным шансом было тянуть время – девушка, правда, все еще не понимала, для чего, но сама мысль о том, что она будет бегать по всей площадке с нарисованной на спине мишенью, вызывала у нее приступ тошноты. Если ей и суждено умереть, то она не станет развлечением для банды жестоких и презренных расистских ублюдков. И если они найдут ее, то им придется пристрелить ее на месте. Их гребаной дичью она никогда не будет.
В попытке побыстрее спрятаться, Стейси нырнула в полукруглое металлическое строение, сделанное из гофрированного железа. Она быстро протиснулась по помещению, напоминающему тоннель, и добралась до непроглядной темноты в его конце.
Влага, осевшая на траве, проникала сквозь ее юбку и шерстяные колготки, но стоять она не могла. Чтобы сделаться как можно меньше, ей необходимо будет лечь на землю.
Констебль притянула колени почти к самому лицу и, извернувшись, протащила свои связанные руки под пятой точкой.
Опустив щеку на колено, она прикрыла глаза. Ее окружала все та же непроглядная темень.
Неужели это все произошло сегодня – она вышла из участка, чтобы вернуть лэптоп, который с самого начала не имел к ней никакого отношения?
Если она считала, что происшедшее с Джастином представляет интерес, то обязана была передать его настоящим детективам. Они разобрались бы со всем гораздо быстрее, и сейчас она, Стейси, не сидела бы на земле, свернувшись комочком в ожидании смерти…
Вуд ненавидела эти жалостливые мысли, которые заполняли ее голову, и хорошо понимала, что даже ее последняя попытка сделать что-то умное ни к чему не приведет. Она оставила простой знак в тщетной надежде, что ее кто-то ищет. Ее ботинок указывал на то место, где она сейчас прячется. Логика подсказывала ей, что его никто не найдет, и в то же время это помогло ей немного отвлечься.
Констебль проклинала себя за то, что вынуждена прятаться, но другого решения у нее не было. Она ничего не могла противопоставить вооруженным винтовками охотникам.
Внезапно Вуд вскрикнула – рифленая крыша загремела от порыва ветра. Незакрепленный кусок покрытия трижды хлопнул, и с каждым его ударом сердце девушки билось все сильнее и сильнее. Она крепче обхватила руками ноги, чтобы остановить их дрожь.
Неожиданно ее ногу схватила чья-то рука.
От ужаса Стейси снова вскрикнула.
Ее рот тут же зажала вторая рука.
Вуд замотала головой и стала яростно брыкаться. Будь проклята эта попытка спрятаться! Теперь она побежит без оглядки. Она еще не готова умереть.
– Стейси, это я, – раздался у самого ее уха шепот.
От этих слов констебль окаменела – она узнала голос, но этого не могло быть. Ни под каким видом. Это было просто невозможно.
Девушка вновь замотала головой.
– Это я, Стейси. Я рядом, – услышала она.
– Босс? – произнесла Вуд, уткнувшись в руку, зажимающую ей рот.
