Мертвые Ив (ЛП) полностью

Следующие четыре ночи мы продумывали план моего проникновения на корабль, и каждую ночь я отклоняла его заигрывание с тем же обещанием. Йен принимал мою сдержанность с огромными, полными надежды глазами и раскрасневшимися щеками, и вина росла во мне как уродливое чудище. Так что в последнюю ночь я держала его в объятиях так крепко, как это делала бы его мать, и жалела, что не могу предложить ему ничего, кроме пустых обещаний.

***

Мы с Йеном проскользнули через порт и присели за подъемником рядом с причалом. Он просканировал пристань, корабль и повернулся ко мне, сверкая глазами в лунном свете.

— Ты знаешь куда идти?

Я кивнула.

— Где охранники?

Он указал поверх борта в сторону порта. Охранник споткнулся в свете красного фонаря и осмотрелся вокруг, прежде чем дрожащей рукой опрокинуть в себя фляжку. Свободный корабль и нетрезвые охранники — все складывалось, как предсказывал Йен.

— Готова? — голос Йена дрогнул. То ли от предвкушения, то ли от нервозности, я не знала точно.

Когда я снова кивнула, он обхватил меня руками сзади за шею и поцеловал. В этот короткий момент я представила, что это был Джесси, и что вокруг не было больше никого. Я вернула поцелуй с той же страстью. Мой язык встретился с его языком, и жар наполнил мою грудь, спускаясь ниже. Когда треугольник между бедер начал пульсировать, я отстранилась. Йен снова потянулся ко мне, тяжело дыша.

Я сделала шаг назад.

— Шесть дней, — напомнила я.

— Шесть дней, — подтвердил он, затем прошел по причалу к кораблю и приблизился к охраннику, помахивая фляжкой и колодой карт.

Охранник повернулся спиной к моему убежищу. Я на цыпочках пробежала по причалу. Огибая фонарь, я кралась по главному трапу. Левый трап дребезжал под моими ботинками, я шла на расстоянии броска ножа от того места, где Йен делился фляжкой с охранником.

Я застыла. «Не смотри на них. Продолжай двигаться. Тихо, тихо». Я выровняла дыхание и стала карабкаться наверх.

Шелест прилива и стон стальной обшивки корабля приглушали мои шаги по верхней палубе. Я обходила контейнер за контейнером, все двери были запечатаны и закрыты. Все, кроме одной, которую открыл Йен. Белый куб в конце ряда был похож на описание. Я подходила ближе, ближе. Стал виден ярлык — «Canpotex» (прим. канадская компания-экспортер) #526. Облегчение омыло меня, когда я сократила расстояние и протиснулась внутрь контейнера.

Сев с карабином на коленях, я прислонила голову к холодной металлической стене и стала ждать. Некоторое время спустя Йен задвинул замок контейнера на место. Пути назад не было. Остальное зависело от него.

***

Шесть дней я избегала долгого сна и ночных кошмаров, которые он с собой приносил. Измождение брало свое. Я становилась беспокойной, пойманная в ловушку металлического контейнера наедине с самой собой. Через пару дней мои сокращающиеся запасы сухого пайка обеспечат мне новый уровень пытки.

Грохот топающих ног и гневные крики пронеслись мимо моего убежища и стихли в стороне шпилевого отделения. Члены команды опять скандалили.

Мороз прошелся по моей коже. Мои глаза болели от постоянного напряжения и попыток что-нибудь увидеть в темноте. Я прислонилась к стене контейнера, включила фонарик и разложила на коленях письмо Джоэла. Тонкая бумажка была влажной, помятой от бесчисленных разворачиваний, со следами от рук. Я в сотый раз перечитала его советы, чтобы напомнить себе, зачем я оставила своих любимых спутников, чтобы пересечь Атлантику.

Я стиснула зубы. «Какого черта Джесси не попрощался? Была ли его душа такой же потерянной и разбитой, как моя? Даже если и так, это все равно не дает ему права вести себя как задница. Пошел он».

Два коротких гудка заставили стены контейнера завибрировать. Задыхающийся моряк объявил о нашем прибытии в Дуврский пролив (прим. пролив между материковой частью Европы и островом Великобритания). Суета матросов подтвердила, что наше путешествие подходило к концу.

Через несколько часов корабль остановился.

Когда следующим утром скрипнула дверь, Йен кинулся ко мне с накопившимся в нем рвением. Его губы и руки жадно обшаривали меня.

Я отпихнула его, сказав:

— Йен, пожалуйста. Мне нужна ванна. И еда.

— Да, конечно. Просто… я так по тебе скучал.

— Осталось еще немного. Иди.

Йен отвлекал того же безалаберного охранника, пока я кралась по причалу. Затем я дрожащими ногами ступила на берег Англии. Я потерла грудь. «Почему меня больше не тянет ни в одном направлении? Где это чертово влечение, когда оно так нужно?»