Закидали трофейные сумки в машины, стараясь сильно не звенеть, но старшой все равно просек что там, лицо преобразилось из сонно-ленивого в сосредоточено деловое. Он даже подходил пару раз, чтобы начать разговор, но слов так и не нашел. Ведь просто так не скажешь — покажи, что там, а можно и мне одну, за хлопоты. Трофеи, как-никак. Докидали книги, я захлопнул дверь. Николай все время дергался, доставал парня в камуфляже своей историей победы над злом. Сарг хмурился и под конец, на чистом мате, послал его пойти погулять, да ромашки пособирать. Я сел на пассажирское сидение "буса", ружье между ног зажал, держу двумя руками, словно кто-то может отобрать, так крепко, что костяшки побелели, а пальцы начали неметь. Твою же мать, когда мы отсюда уедем. Двигатель неохотно зарычал: он, когда холодный, всегда ленится, в новых моделях все нормально, а вот старые дёргаются да рычат. Глянул в окно и на секунду оторопел, на третьем этаже стояла женщина: коричневая кофта, хим завифка, на оплывшим лице очки в роговой оправе. Вот это преданность, даже после смерти пришла выполнять долг, труд учителя назвать работой, язык не поворачивался. Мелькнула мысль выйти и упокоить мертвяка, но сразу передумал. Пусть ходит, пусть стережёт.
Машина дернулась покатила по газону, мне показалась что старая училка машет рукой мол иди сюда, звонок прозвенел, пора грызть гранит науки. Я плотно зажмурился, досчитал до трех глянул на безмятежного Михалача, и снова перевел взгляд на окно. Нет никого. Померещилось?
С Саргами расстались, как и договаривались на кольцевой, при выезде из города мы ушли на право, они же поехали прямо. Только когда прибыли на склад расслабились, спокойно выдохнули и перестали держаться за оружие, словно только оно держала наши души в измученных телах. Витек выглядел еще более хмурый чем обычно, даже чайник не поставил. Пришлось самим, а точнее мне, Колян сидел в машине как пришибленный, на окрики толком не реагировал. Петр с Михалычем утащили сумки с оружием для инвентаризации. Поставил чайник на плиту, дождался свиста, заварил всем по кружкам, кому чай кому кофе, и полчаса отсидел в полном одиночестве впав в прострацию. Пока по рации не позвали. Блин совсем обленились, подойти тяжело, прям как в прошлой жизни. Помню доходило до абсурда звали в соседнею комнату по мобиле. Взял кружку с остывшим кофе пошел к мужикам.
В глубине склада на столе лежал целый арсенал. Два автомата Калашникова, не те, что я привык видеть в играх и фильмах с деревянным прикладом, а пластиковые. Причем один из них выглядел не совсем привычно. К ним два десятка магазинов, два помповых ружья, три ПМ. Под столом валялись сумки с патронами. Петр стоял с другой стороны опершись руками о стол, поджав губы, осматривал богатства. Если бы бандюги со всем этим добром вышли бы к нам, то мужики без слов стали бы стрелять, а так цыгани понадеялись, нас как лохов развести. Привычно с прошлой жизни. Михалыч сидел на полете из-под цемента (когда мы его грузили хоть убей не помню), крутил в руках кольт серебристого цвета, такие я видел в фильмах про ковбоев. На старика было приятно смотреть он глупо лыбился, смотря на оружие, словно женщина на колье за лям баксов. Тут и идиоту понятно, с этой игрушкой он не расстанется ни за какие коврижки. А если попробуешь отобрать, то зубов во рту явно уменьшиться, зато под глазами распухнет, и вообще будет больно и не комфортно.
— Пришел? Вот и славно, — Петр заложил руки за спину, перекатился с пятки на носок, — будем делиться.
— Давай — я пригубил холодный кофе.
Впервые за долгое время понял, что не волнуюсь, не думаю, какое оружие выдадут. Все будет по-честному, все будет правильно.
— Значит так, тебе помпа. Стрелять из автомата надо учиться, мы с Михаилом это умеем. Патронов для АКМ мало так что учить тебя пока не будем. Но как только — так сразу. Вторую помпу Коляну, ПМы мне и Михаилу. У тебя есть уже, так что думаю второй тебе без надобности. Сайга Витьку, склад охранять, — он хлопнул ладонью по странному автомату, — Согласен?
Как только он озвучил названия, я вспомнил. Какой к черту автомат — это же охотничий карабин, на базе АК, на сколько я помню. Надо выпросить.
— Не совсем, — ждут, смотрят, это хорошо, — давите мне сайгу, все же я ммм… в "поле" воюю, там она нужнее будет. А помпу тут оставим?
— Лады. Сейчас объясню, как пользоваться, — я слегка удивился от столь легкого согласия командира. Думал придётся аргументами забрасывать.
— Это да. Петь, кто нас сюда послал? — не утерпел спросил.
— Тебе прям сейчас надо? — не довольно отозвался он.
— А когда еще? Когда в спину шмальнут? Или, когда пулю в лоб всадят? — ох что-то меня понесло, да и по фиг. Спускать на тормозах покушение, не бывать такому.
— Славик нас послал туда, Славик.
Я матерился в основном используя жесткий вариант слова "путана", Михалыч был более словоохотен, и выстроил целое предложения из матных слов не повторяясь.
— Мужики не порите горячку, все домыслы Игоря не доказуемы. Надо все нормально проверить.
— Как? — озвучил я главный вопрос.
