Мёртвые звезды полностью

А самое главное — люди поверили! Поверили в перспективу! Пусть немногие — но элита! Но лучшие! Возвращались из Англии, из Штатов, из Германии — от больших денег уезжали, от коттеджей благоустроенных. Хотя и он не скупился — но не за длинным рублем люди к нему шли, за идеей, за целью…

Дальше — больше. Уже и государство решило, что российский космос на самотек, на загнивание и разрушение бросать нельзя: следующий глобальный проект, холдинг «Полдень» с одноименным НПО во главе, был со смешанным капиталом.

Одна беда: государством себя именовали люди, государственных интересов не понимающие. Вообще не представляющие, что это такое… И он, Сергей Моргулис, занялся большой политикой. Начал создавать государство под себя . Вернее, под свою идею.

Любой политик — уже не человек. Это про-жэкт, в который вложены те или иные деньги… И его деньги окупились.

Большая Зачистка — дураки думали, что государство наконец встряхнулось, вышло из летаргии, что чистит себя от всякой мрази, от присосавшихся жирных пиявок. Наивные… Чистил он. За свои деньги.

Казалось, давняя мечта рядом — руку протянуть… Какая? Марс, конечно же… Марсоходы — разведка, разминка. Пилотируемая марсианская экспедиция — вот что должно было заявить всему миру: Россия вновь великая держава. Точка. Обсуждению не подлежит.

И все шло к этому. Не авантюра, как лихой рейд евросоюзовцев к астероидам — за несбывшуюся надежду установить флаг с кружком из звездочек на каменной глыбе заплатили многими миллиардами и семнадцатью человеческими жизнями… Нет, упорная, многолетняя работа, тяжкий труд уже не кучки энтузиастов, собранных в «Грезах», но десятков тысяч людей.

И цель была близка… Созданы, отлажены и испытаны «Немезиды» — глупое название, и чужое, но пусть будет, раз уж прикипело. Готовый марсианский корабль.

Как всегда, дело портила политика. Уже не внутренняя, внешняя… Даже его денег не хватило бы, чтобы сделать нужных политиканов и в Штатах, и в Европе, и в ЮВА… Из-за внешних проблем генералы все чаще, все настойчивее требовали «Немезиды» под свои смертоносные игрушки.

Но, невзирая на всё, марсианская экспедиция близилась… Час величайшего торжества человечества. Час великого торжества России. И его, Сергея Моргулиса…

Это, знаете ли, водораздел. Это две эпохи — до и после. На другой планете. Первые. Мы.

Луна? А при чем тут Луна? Да нет, летали они, летали, лишь брак потом пересняли в павильоне… Но Луна — спутник, сателлит, задний двор Земли. Марс — планета. Новая. Наша… Могла стать наша…

Уже начали отбирать экипаж… Не знали? Ну так знайте…

И тут грянуло .

Наверное, он сам просмотрел, прохлопал… Слишком увлекся космическими проблемами, с головой ушел в них, не замечая ничего вокруг… Наверное, можно было многое спасти и исправить, если бы с самого начала взять под контроль проклятую метановую историю!

Черт побери, Герцман и Ковальски могли просто не долететь до Нью-Йорка! Мало ли самолетов падает, каждую неделю сообщения, одним больше, одним меньше… И тихонечко прибрать к рукам их лабораторию, и заморозить все разработки в области метанового синтеза — навсегда.

Но случилось то, что случилось.

Крах.

Крах мечты.

Сергей Моргулис-Берейрос. Исповедь идеалиста-3

Хранить деньги в виде груды алмазов — глупо и убыточно. Деньги должны работать, инвестироваться и возвращаться.

Он и не хранил, так, небольшой запас отборных ювелирных камней. Его деньги работали — возрождали Россию, ее экономику. А чтобы и экономика, и Россия не свернули вновь не туда — он держал их под жестким контролем.

Не целиком экономику, естественно, на это всей мировой добычи алмазов не хватит. Становой хребет… Вернее, два становых хребта — такое вот было у нашей страны странное, с точки зрения биологии, устройство. Нефть и газ. Не космическая отрасль: она голова, она мозг экономики, генератор новых идей, новых технологий, — но любая голова опирается все-таки на хребет. А то и на два.

Сломались оба. Разом, с хрустом и треском. И огромное тело, с таким трудом реанимированное, начало расползаться, лишенное опоры… И голова провалилась в… правильно, именно туда.

Два года он вообще не занимался космосом. Спасал, что можно спасти, вытаскивал, что можно вытащить.

Смог немногое. Позарез нужны были свободные средства — и не миллионы, многие миллиарды. Их не было. Да, деньги работали, уходили и возвращались, — работали, пока исправно функционировала налаженная система. Но в метановом хаосе возвращать вложения стало ох как трудно…

Потери были огромны. Черт с нефтью, черт с газом, как-нибудь пережил бы…

Но пострадало любимое детище. Чиновничий аппарат, ходивший, казалось, по струнке, словно взбесился. Активы уплывали из рук, за долги по налогам приходилось расплачиваться пакетами акций — самых прибыльных космических предприятий.

Результат — налицо.

Он один из самых богатых людей в этой стране. Уже не самый, но в первой десятке. Но все, достигнутое пятнадцатилетними трудами, пошло прахом.