До последнего времени Эльза еще надеялась справиться с ситуацией. Надеялась, что у них хватит на это сил.
Но однажды, несколько дней назад, она пришла домой, а Стаффан сидел за кухонным столом и ждал ее. По его словам, он хотел поговорить с ней. Его глаза блестели, но она не почувствовала запах алкоголя и сначала испытала облегчение. Решила, что он наконец взял себя в руки, поняв, как далеко все зашло.
Эльзе становится немного не по себе, когда она вспоминает о том, как в ней зародилась надежда. Она сидела напротив него на кухне, сжав ладони в кулаки. Царила жара, нежданно напомнившая о себе в конце лета.
Когда он заявил ей, что с этим пора кончать, Эльза на полном серьезе согласилась с ним. Даже открыла рот, собираясь сказать, что им надо будет попытаться как-то образумить Айну, однако Стаффан перебил ее, прежде чем она успела произнести хоть слово.
– Ты должна обуздать себя и перестать мешать пастору, – заявил он ей. – Люди начали говорить всякое… Хватит уже.
В то мгновение ее сердце словно разорвалось. А муж смотрел на нее пустыми злыми глазами.
В следующий вечер он вообще не пришел домой.
А когда их обычные вечерние песнопения снова разрушили тишину над Сильверщерном, Эльзе показалось, что среди прочих она узнала голос Стаффана, хотя это, конечно, было абсолютно невозможно.
«Их мессы начали проходить в старой»
Хлопает входная дверь, и рука опять замирает над письмом.
– Стаффан? – спрашивает Эльза, превозмогая страх, почти шепотом.
Она слышит шаги в доме. Поднимается со стула, быстро хватает письмо со стола и торопливо озирается по сторонам в поисках места, куда бы ей спрятать его. Затем открывает платяной шкаф и сует его в ящик с трусами. Как раз успевает закрыть дверцы, когда слышит, как кто-то зовет ее по имени.
Эльза на несколько шагов отходит от гардероба. Дверь спальни открывается.
Это Дагни.
Ее лицо блестит от пота, волосы растрепаны, в руках шляпа. Туфли пыльные; выглядит она так, словно бежала.
– Эльза, – говорит Дагни хриплым, дрожащим от напряжения голосом. – Биргитта… Ты должна идти.
<p>Сейчас</p>Я медленно пробуждаюсь; мое сознание еще затуманено сном. Затем сажусь и оглядываюсь. Утро, наверное, уже подходит к концу – судя по тому, как греет солнце, время, пожалуй, где-то десять или половина одиннадцатого. День явно обещает быть красивым; уже сейчас, благодаря солнечным лучам, освещающим внутреннее убранство церкви, мне кажется, что я нахожусь в каком-то волшебном мире, несмотря на пыль и грязь, толстым слоем покрывающие ее сложенный из квадратных сланцевых плит пол.
Боже… Я, наверное, заснула… на посту! Вместо того, чтобы охранять покой остальных! Выходит, даже с таким заданием я не в состоянии справиться нормально.
К счастью, никто из них, похоже, еще не проснулся и не увидел мой позор…
