- Очень жаль, - ровно, без эмоций ответил голос, - но это должно было произойти, я не раз предупреждал ваше начальство. Военные всех стран удивительно самоуверенны и тупы … С вами хочет увидеться высокое начальство. Не возражаете?
- Ах, к чему такие церемонии! - с ухмылкой ответил Павел. - Хочет, пусть поглядит.
В стене, напротив, засветился прямоугольный экран. В нижней части ползет оранжевая линия загрузки файла. Тем временем Павел пододвигает стол ближе. Ноги в грязных солдатских ботинках громоздятся на полированной поверхности так, что полустертые подошвы закрывают всю левую половину экрана. Полоса загрузки исчезает, на экране появляется худощавое мужское лицо, седые брови сцепились над переносицей, перебитый в двух местах нос хищно загнут, глаза холодно и жестко блестят. Немного смягчают облик оттопыренные уши. На широких плечах золотые погоны с зигзагом, на каждом шеренга крупных звезд. Несколько мгновений генерал изучающе смотрит на человека по ту сторону экрана. Глаза быстро пробегают по изуродованному шрамами лицу, разводам засохшей крови и грязи на груди, на секунду останавливаются на ботинках, что вызывающе торчат на гладкой поверхности стола. Лицо генерала твердеет.
- Здравствуйте, капитан, - раздается сдержанный голос.
- Доброго здоровья … генерал-полковник, - отвечает Павел, умышленно не называя ни товарищем, ни господином. Он всегда обращался к незнакомым людям так, как обращались к нему. Независимо от звания и должности.
- Я начальник оперативного отдела Главного управления войск Баканов Сергей Александрович. Знаете меня?
- Слыхал.
Тут Павел покривил душой. Он прекрасно знал генерал-полковника Баканова, как непосредственного начальника всех спец частей, задействованных в операциях на Мертвом континенте. Но неприязнь ко всем штабникам, особенно московским, дала знать и здесь.
- Хорошо. О себе можете не рассказывать, с вашим личным делом я ознакомился, - сухо ответил генерал. – Мне очень жаль, что подполковник Александр Пульвердиев и его группа погибли…
- Ну да, вы ведь здесь ни причем, - перебил Павел.
Генерал мгновение молча смотрел в упор, потом спокойно произнес:
- Должностные лица, предоставившие неверные данные, привлекаются к ответственности. На войне не все получается так, как хотелось бы. Доложите, при каких обстоятельствах погибли люди.
Выслушав рассказ, генерал отключил микрофон, отвернулся от экрана. Было видно, как он что-то говорит собеседнику, находящемуся за пределами видимости видеокамеры. Говорит жестко, с употреблением широко известных в военной среде эпитетов и сравнений. Павлу неудобно сидеть, закинув ноги на стол. Пятки режет, мышцы затекли, согнутую спину колет иголками, в боку жжет недавняя рана. В конце концов, надоело демонстрировать пренебрежение и независимость. Пока генерал давал нагоняй, Павел сходил в туалет, промыл рану с мылом, обмотал бок чистым полотенцем. Усаживаясь в кресло, заметил внимательный взгляд с экрана.
- Вы серьезно ранены, капитан. Извините, сразу не заметил, - сказал Баканов.
- Да ничего, терпимо, - смутился Павел от неожиданной чуткости генерала.
- Буду краток, так как сеанс связи может прерваться. Я не могу вам приказывать при том положении, в котором вы находитесь, но все же… выслушайте. Похоже, что версия о МБР с водородными боеголовками подтверждается. Их местоположение мы знаем очень приблизительно. Эти ракеты надо разыскать, капитан.
- Полностью с вами согласен, генерал-полковник, - кивнул Павел, - ищите. А меня, пожалуйста, заберите отсюда. Я свою задачу выполнил, обещание тоже сдержал, так что мне делать тут нечего. У вас достаточно спецов получше меня. И разыщут, и уничтожат … им это пара пустяков! Я даже могу назвать вам фамилию одного. Крупнейший специалист, ас! Сидельников Юрий Михалыч. Да и в звании засиделся, пора бы третью звезду нацепить.
- Какие асы, Павел Андреевич? – перебил генерал, - со дня на день начнется сезон ураганов. По всему Восточному побережью начнут гулять такие смерчи, что тяжелые бронетранспортеры уносит за несколько километров, никакая авиация не летает, из-за магнитных бурь спутниковая связь рвется и так целый месяц! Да вы и сами не хуже меня знаете. На вас вся надежда, товарищ капитан.
- Что!? Вы посмотрите на меня, живого места не осталось … на штанах дырка на дырке! Да, я обещал Сашке … э-э … Александру, что постараюсь сделать все возможное. Но раз вы все знаете, то вам и карты в руки, а мое дело сторона. Да и вообще … я, наверно, и не капитан уже, а так, рядовой запаса. Ни за что не поверю, что нельзя найти окно в ураганах и высадить «чистильщиков».
От волнения Павел встал с кресла, подошел к стене, как будто там окно. Спохватившись, что ведет себя глупо, повернулся к экрану. Вместо генеральского лица по черному прямоугольнику ползет оранжевая линия загрузки, на полпути исчезает, снова появляется. Наконец, после трех или четырех попыток появляется надпись: соединения нет. Экран гаснет, сливается со стеной.
