Павел дергается, будто его самого пробил разряд в двенадцать тысяч вольт, рука непроизвольно устремляется к регулятору напряжения, пальцы сдавливают рукоять, мышцы конвульсивно сокращаются … но уже поздно – электровоз пересек линию ворот, впереди мрачный, уходящий в бесконечность, тоннель. Коротко шипят пневматические тормоза, колеса скользят по рельсам, поезд останавливается, словно наткнулся на неожиданное препятствие. От толчка Павла бросает на противоположную стену, звенит осколками разбитое стекло. Оборачивается и не верит своим глазам. Стартовый комплекс залит яркими огнями прожекторов, снизу поднимается желто-коричневое марево, в котором дрожат и расплываются контуры грузовых мачт, стрелы монтажных кранов и служебные постройки. Нелепый силуэт ракеты, словно раздувшейся от злобы, кривится и плывет в мутном воздухе, будто привидение из прошлого.
Павел возвращается в кабину, взгляд останавливается на черной коробке пульта. На ней всего две кнопки: желтая и красная. Палец до упора вдавливает круглый кусок пластмассы красного цвета. Светлый проем входа в стартовый комплекс медленно уменьшается, с потолка опускается железная стена, неотвратимо, словно грозовая туча. Когда от нижнего края до бетонного пола остается меньше четверти метра, Павел опускается на колени, быстро сует в сужающуюся щель левую руку, коротко бахает выстрел из гранатомета. Стена плотно ложится в неглубокую выемку в бетонном полу. В это мгновение происходит взрыв. Ударная волна тяжко бьет в толстое железо, стены тоннеля сотрясаются, словно началось землетрясение силой девять баллов, с потолка сыплется песок, куски бетона размером с лошадиную голову и камни. Огромный лист брони толщиной более метра изгибается, словно надутый ветром парус, раздается скрежет рвущегося железа. Пол трясется так, что невозможно устоять. Павел катится по прыгающему бетону, словно теннисный мячик. В последний момент ему удается схватиться за железную лестницу, по которой поднимаются в кабину электровоза. От толчков и сотрясения поезд трогается с места и, звеня колесами и тяжко раскачиваясь от ударов, катится прочь от ворот вглубь тоннеля. Гул и грохот заставляют Павла оглянуться. На том месте, где только что стоял поезд, клубится облако пыли, потолок рушится, бетонные блоки толщиной два метра раскалываются на мелкие кусочки, словно вылеплены из влажного пескп … а в это время в центре унылого, мрачного плоскогорья распускается черно-красный цветок мощного взрыва. Струя раскаленного газа вырывается из шахты, словно фонтан магмы из жерла вулкана. На высоте в несколько сотен метров огненный столб превращается в черную грозовую тучу, из которой падают на спекшуюся от давнего жара землю пепел, раскаленные до бела камни, льется дождь из расплавленного металла. Мрачный лунный пейзаж освещают желтые и багровые сполохи, от которых глубокие трещины чернеют еще больше, тени от скал тянутся до горизонта, словно стрелы мрака из преисподней. Сразу несколько спутников-шпионов регистрируют выброс большого количества радиоактивных веществ в атмосферу. Исследователи и наблюдатели делают глубокомысленный вывод: произошел подземный ядерный взрыв малой мощности по неизвестным причинам!
… словно игрушечный, поезд катится по рельсам, постепенно набирая скорость. Павла нещадно колотит о бетонные шпалы, если бы не бронекостюм, он уже превратился бы в отбивную. Напрягая силы, на одних руках забирается в кабину, словно обезьяна на пальму. Рычаг тормоза на себя, состав содрогается, как будто натолкнулся на невидимое препятствие, с неприятным свистом и скрежетом железа о железо скользит по рельсам и останавливается. Павел спускается на землю, садится возле стены. Он чувствует себя так, словно по нему проехала тройка лошадей. Голова раскалывается от боли, тянет на рвоту так, что горло сдавливают спазмы, жилы дрожат от пережитого напряжения, суставы ломит. Кряхтя и охая, как старый дед, достает навигатор. Призрачная карта послушно появляется перед глазами, но теперь в левом верхнем углу горит синий огонек. Это значит, что магнитная буря наверху закончилась, идет обновление данных. Огонек гаснет, Павел с интересом рассматривает карту. Почти ничего не изменилось, только вот тоннель, в котором он сейчас находится, обрывается странным тупиком. В самой середине запутанной паутины тоннелей и подземных переходов образовалось странное пятно, пустота. Кажется, что всн подземелья в этом районе одновременно обрушились. Спутниковый сканер ничего не видит и только по памяти обозначил тонким пунктиром лини тоннелей, существовавших ранее. Дорога, на которой сейчас стоит трофейный поезд Павла, упирается как раз в эту пустоту.
