Мертвый космос. Падение полностью

Айзек подождал, пока некроморф прыгнет, и поймал его в стазис-поле. Потом взялся за резак. Останки твари замерли на полу, и Кларк, убедившись в отсутствии поблизости ее собратьев, внимательно осмотрелся. Посреди помещения располагался диагностический модуль, в котором, удерживаемый силовым полем, висел не слишком свежий труп. У стены находился операторский пульт. А в углу кабинета Айзек заметил подъемник. Если схема не врет, это как раз то, что ему нужно — попасть в отсек нуль-гравитационной терапии можно было через второй ярус помещения.

С подъемником пришлось повозиться — подача энергии была нарушена, запустился он только спустя добрых минут пятнадцать. Впрочем, за это время сюда хотя бы не успели сбежаться некроморфы. Оказавшись на втором ярусе, Айзек свернул в коридор, закончившийся шлюзом.

Слева в стене обнаружилась еще одна дверь — открытая, и инженер решил осмотреть помещение прежде, чем идти дальше. Не хотелось бы пропустить какую-нибудь дрянь, которая потом нападет со спины…

Но за дверью оказался только темный кабинет, с уже знакомыми рентгеновскими снимками тварей на стенах и одиноким столом. На столе лежал планшет, как ни странно — еще не сдохший. Пожалуй, стоило заглянуть в него, может, там записано что-то важное… Но, судя по датам, заметки в него вносились редко — так что Айзек, недолго думая, открыл последнюю запись.

«Медицинский журнал

Доктор Б. Уорвик (старший психиатр)

Отчет о психиатрическом обследовании

Пациент: Б. Гаррис (Рабочий #PM-29026-EH)

После очередной сильной дозы успокоительного Гаррис спит. Похоже, он вообще не в состоянии заснуть без помощи лекарств. Большинство людей испытывали бы состояние истощения, проведя более пятидесяти часов без сна, но только не Гаррис.

Его объяснения тому, что произошло в колонии, также звучат крайне странно, и в них явно прослеживается паранойя, аналогичная той, что охватила многих людей на планете внизу. Его вина в преступлении однозначна: два офицера службы безопасности были рядом, когда он захватил в заложники доктора Циарелло и убил сестру Эванс. Да и сам Гаррис ничего не отрицает. Но при этом он говорит, что в его действиях не было никакого преступления, и не испытывает и толики чувства вины.

Просто классический образчик поведения социопата, хотя других симптомов разрушения личности я в Гаррисе не обнаружил. Он общителен и дружелюбен, с удовольствием воспринимает шутки и высказывает неординарные идеи. Но когда я спрашиваю его об убийстве, он замыкается в себе, теряет связь с окружающим миром и начинает проявлять симптомы шизофрении. Кроме того, у него случаются краткие приступы галлюцинаций, похожие на те, о которых сообщают из колонии.

Гаррис утверждает, что он угрожал доктору потому, что «должен был остановить видения и лица», и что снова убьет, лишь бы «стать вновь единым». Что это все значит, я не могу понять. Очень интересный случай».

Айзек задумался. Запись не содержала ничего полезного ему на данный момент, но, возможно, могла пролить еще немного света на происходящее. В тех записях, что он нашел в кабинете, тоже упоминались случаи сумасшествия и немотивированной агрессии… Так эта инфекция что, сначала сводит людей с ума, эдакое бешенство? Но что происходит потом, оно что, реанимирует трупы? Конечно, Айзек не был ученым и ничего не смыслил в биологии, но это казалось ему чем-то диким. Нет, лучше уж поскорее закончить с делом, а потом уже пусть со всем этим разбираются военные и эпидемиологи.