— Да, потому что она так или иначе истязала всех вокруг себя, это один из ее пунктиков, но ты не можешь простить себе то, что случилось сотни лет назад, и это разрушает империю, которую ты строишь сейчас.
— Ты предлагаешь мне поставить силу выше любви? Силу и политику выше Ашера?
— Нет, не будь все так однозначно, но Ашер рассчитывает на то, что ты именно так и поступишь. Рассчитывает, что для всех нас он дороже всего остального, и это совсем не круто.
— Для большинства Мастеров города этого было бы достаточно, чтобы либо убить, либо заставить подыскать другую территорию, — сказал Жан-Клод.
— Да, потому что никто не превратится в самонадеянную занозу в заднице, пока ты этого не позволишь.
Он едва не улыбнулся.
— Ашер был этой занозой очень долго.
Я взглянула на Нарцисса, так и держа Жан-Клода за руку.
— Ты злишься, тебе больно, и ты имеешь на это полной право, но еще ты смотришь на эту ситуацию с политической точки зрения, как способ упрочить свое лидирующее положение среди животных групп Сент-Луиса.
Нарцисс повел плечами.
— Если мы можем получить отмщение и одновременно упрочить свою власть, почему бы и нет?
Я снова повернулась к Жан-Клоду.
— Даже с разбитым сердцем он прежде думает о политике в отличии от тебя.
— Мне известно о вашем маленьком плане по привлечению бойцов из других животных групп, чтобы лишить меня здесь влияния.
Жан-Клод посмотрел на меня.
— Он начал говорить об этом прямо перед твоим приходом.
— Я король. Не думали же вы, что я не в курсе?
— Ты Обей, не король. Среди гиен не существует титула короля, потому что они предпочитают королев.
Он зарычал на меня.
— У тебя может и есть власть, Нарцисс, — заговорил Жан-Клод. — Но ты не можешь угрожать нам своей впечатляющей численностью. Анита права, я мыслил как Мастер города, но я теперь гораздо больше, чем он.
— Ты угрожаешь увести всех своих гиен в другой город, оставив нас без охраны, — сказала я, — но, думаю, ты слишком медлил с этим, Нарцисс. Думаю, теперь у нас достаточно людей, чтобы справиться и без твоих гиен.
— Я заметил, как мало моих людей выходит к вам на службу последнее время, но это вовсе не означает, что нас недостаточно, чтобы объявить вам войну. Неважно будет смотреться в новостях, верно? «Король вампиров Америки теряет контроль над своим городом»… Это многое подставит под сомнение.
— Нет, Нарцисс, — сказал Жан-Клод, — если ты объявишь этому городу войну, я просто сдам тебя человеческим властям. Я дам им понять, что ты вышел из-под контроля, но большая часть твоих людей ни в чем не виновны. И людские власти уничтожат тебя еще до того, как наш город по твоей вине погрязнет в войне оборотней.
— У тебя нет никаких доказательств того, что я говорил о чем-то подобном.
— Ты забыл, кем я работаю днем? — спросила я.
Я всматривалась в его лицо, а он — в мое.
— Только не говори, что, проснувшись со мной в одной постели голышом, ты напрочь забыл, кто я, Нарцисс.
— Ты человек-слуга Жан-Клода, его ручной некромант.
Но я видела его глаза в этот момент, все он помнил.
— Я маршал Соединенных Штатов и легальный истребитель плохих маленьких вампирчиков и оборотней. Стоит мне только сказать им, что я слышала угрозы, и думаю к моим словам прислушаются. Чтобы уберечь город от кровавой бойни, они получат приказ на исполнение так быстро, что ты и опомниться не успеешь.
— Мои гиены будут сражаться, спасая меня.
— Твои гиены идут за тобой, но большинству ты не нравишься, и они не уважают тебя как крысы Рафаэля, — сказал Жан-Клод.
— И я говорила с ними, Нарцисс, — добавила я. — Они недовольны тобой как лидером.
— Да знаю я, что вы все так сдружились в зале, — сказал он с таким пренебрежением, словно это его вовсе не беспокоило.
— А ты больше по йоге, я в курсе, но я разговаривала с ними и другими охранниками, и они говорили со мной, — сказала я.
Нарцисс одарил меня недружелюбным взглядом, скрестив руки на груди, и я вдруг заметила, что с одной стороны его грудь немного больше, чем с другой, почти чашеобразной формы.
— Ты на мои сиськи смотришь?
— Прости, похоже и правда смотрела, — сказала я, снова посмотрев ему в глаза.
— Я и сам знаю, что те люди, которых я принял, после Химеры, по большей части не моего типа. Они больше по твоей части, качки, — голос просто сочился презрением.
— Видела я мужчин, с которыми ты обычно встречаешься, Нарцисс. Ты любишь мускулы больше меня. Ашер для тебя скорее исключение, чем правило.
— Хочешь поделиться мнением, кексик?
— Да, ангелочек, хочу. Те, кто пережил резню, устроенную Химерой… ну, они считают, что именно из-за своей похоти ты с ним связался. Так он и пробрался в святая святых и захватил вас всех, ведь ты, как и Ашер, позволяешь своему члену возобладать над разумом, если секс достаточно хорош.
— Твой Ульфик позволяет своему чувству справедливости вредить его стае гораздо больше, чем мои маленькие слабости.
— Ричард частенько ставит себе как Ульфрику подножки, но он ни разу не облажался так же сильно, как ты с Химерой.
