Коридор, по которому они шли, был недостаточно широк, чтобы по нему могли свободно плечом к плечу идти два человека, из-за чего Тимс буквально дышал в затылок своему напарнику. И поэтому нет ничего удивительного в том, что Тимс не успел затормозить, когда Листер столь резко остановился.
– И этот человек является членом Фарцваха, – процедил сквозь зубы Листер.
Вкупе с его вечным «глухим» голосом, эффект был потрясающий. Если бы подобные получившимся интонации услышал неподготовленный человек, то он запросто рисковал грохнуться в обморок. Тимс, уже не впервой сталкивающийся с подобной интонацией, лишь судорожно сглотнул и на всякий случай отступил от своего напарника на пару шагов. Вообще, если бы дело дошло до дуэли Видящих, еще неясно, кто бы победил. Несмотря на свою молодость и пребывание лишь немногим больше пяти лет в рядах Фарцваха, Тимс, тем не менее, был и оставался непревзойденным мастером печатей. Благодаря своим глазам, Тимс мог творить с печатями поистине удивительные вещи. С другой стороны, Листер, любитель экспериментов, достиг не менее поразительных результатов. Ставя опыты буквально на всем и со всем, напарник Тимса считался в Фарцвахе «темной лошадкой». Никто и никогда не знал, что именно может преподнести этот человек... да и человек ли? Мало кто видел его без одежд Фарцваха. Пожалуй, весь потенциал Листера знал только Первый, но, несмотря ни на что, в случае сражения между напарниками победа никому бы не далась легко. Слишком специфические способности имел каждый из них.
– Незачем так резко останавливаться, – хмыкнул Тимс. – Я ведь ваши мысли не читаю.
– Я бы тебе голову оторвал, если бы ты мог читать мои мысли.
– Да чего вас заклинило на этом отрывании голов? Вы сегодня целый день только и говорите: голову оторву за это, голову оторву за то... не надоело еще?
– Когда оторву, тогда тебя мало будет волновать, надоело мне или нет.
– Это была попытка пошутить? – оживился Тимс.
– Это была констатация факта, – буквально прорычал Листер.
Тимс счел разумным воздержаться от дальнейших комментариев, больно уж легко выходил из себя его напарник, буквально-таки моментально, если умеючи его доставать.
– Надо поторапливаться, – неожиданно для Тимса, произнес Листер. – Здесь кругом слишком много странной энергии и, помимо этого, за нами кто-то наблюдает. Мне это не нравится.
– Хорошо.
Тимс мысленно представил себе табличку: «Здесь покоятся наблюдатели». Табличку он в этих мыслях примостил рядом с небольшим кладбищем, всего тысяч на двадцать заросших могилок. Потому как, если похоронить в одном месте всех убитых людей, которых Листер счел за «наблюдателей», как раз выходило примерно такое количество народу, и это только о которых знал Тимс! Сколько же должно быть «могилок» на самом деле, не знал, наверное, и сам Первый.
– Поторопись! – рявкнул Листер.
Тимс мигом очнулся от своих мыслей и стрелой метнулся вслед за своим напарником. Видимо, неизвестные наблюдатели очень нервировали Листера. Столько эмоций за один-единственный день... тут даже слово «редкость» не подойдет. На памяти самого молодого члена Фарцваха, подобное количество эмоций Листер выказывал всего один раз. В тот день они путешествовали по землям Ардана, вернее будет сказать, попытались путешествовать. Через два часа после высадки на берег, завязался бой с очень, очень-очень опасными существами. Еще через два часа Листер несся обратно к берегу, при этом закинув на свое левое плечо полудохлого напарника, правое плечо было разорвано. Тимс невольно поежился и принялся еще внимательнее оглядывать, казалось, бесконечно длинный коридор. Ему чрезвычайно не хотелось освежать подобные воспоминания.
