Полчаса спустя Тобиас снова получил доказательство своей точки зрения. Подойдя к микрофону, он почувствовал вдруг внезапное беспокойство и понял, что через несколько секунд будет разговаривать с землянином.
Тобиас подошел к микрофону и неожиданно похолодевшей рукой схватил его за основание.
— Алло? — нерешительно сказал он.
— Здравствуйте, — раздался твердый ответ. — Говорит Уэддел из Колониального Управления, Нью-Йорк. Вы Тобиас с Дориака I?
— Да, — сказал Тобиас. — Дэйв Тобиас. Я специалист по компьютерам. У меня срочное...
— Конечно, Тобиас, — раздался голос из динамика. — Ведь этот звонок наверняка стоит вашей планете целое состояние, дружище. Что у вас случилось?
— Мы... мы... мы... мы... мы... На нас напали инопланетяне, — промямлил Тобиас.
Затем он разразился неудержимым потоком слов, выливая на своего далекого собеседника всю историю: как лодари прилетели на уродливых черных кораблях, высадились однажды утром возле деревни Манду и похитили половину ее населения — более четырехсот мужчин, женщин и детей, увели их в свои корабли и улетели.
Землянин Уэддел терпеливо слушал его. Затем, когда Тобиас закончил, он сказал:
— Я понял вашу ситуацию. Что за существа эти лодари?
— Нам мало что известно о них. Свидетели описывают их высокими гуманоидами с голубой кожей, какими-то разрезанным пополам носами и рудиментарным третьим глазом. Они сказали, что прилетели с Лодара IX — планеты голубовато-белой звезды довольно далеко отсюда.
— И кто они такие? — спросил Уэддел.
— Солдаты, — ответил Тобиас. — Они носили форму, исполняли приказы и двигались, точно механизмы. Говорили очень мало. Вели себя грубо, — добавил он.
— У-гум-м...
Землянин молчал безумно долгое время, а Тобиас чувствовал, что подсчитывает стоимость каждой секунды межзвездных переговоров. Наконец Уэддел заговорил.
— Значит, вам нужен переговорщик, да?
— Совершенно верно, — сказал Тобиас. — Мы... Ну, я вынужден признаться, сэр, что мы не очень-то агрессивны. И думаем, что не сможем справиться в одиночку с этими лодарями. Мы хотим вернуть жителей этой деревни. Вы можете нам помочь?
— Наверняка, — весело ответил Уэддел. — Через пару деньков к вам прилетит человек, и вы можете рассказать ему все детали.
Внезапно, в последнюю секунду, Тобиас вспомнил одну из поспешных инструкций Кальвера. Кальвер предупредил его, чтобы он требовал самого лучшего.
— Что-нибудь еще? — нетерпеливо спросил Уэддел.
Секунду Тобиас беспомощно глядел на микрофон.
— Вы же пошлете нам хорошего специалиста, не так ли? — наконец решился спросить он. — Того, кто действительно сумеет справиться с лодарями? Может быть, какого-нибудь генерала?
На другом конце линии раздалось нечто вроде приглушенного смешка. Затем Уэддел сказал:
— Не волнуйся, дружище. Мы позаботимся о вас. У вас все?
— Все, ответил Тобиас.
— Задание выполнено, — сказал Тобиас Кальверу, когда они вышли из радиоотдела в Капитолии. Он чувствовал странный триумф и одновременно глубокий стыд. Он гордился тем, что так хорошо провел беседу с Уэдделом, и ему было стыдно, что нужно гордиться даже этим.
— Мы все слышали ваш разговор, — сказал вице-президент Кристенсон, высокий, широкоплечий, светлоглазый старик с остроконечной бородкой. — Похоже, они сумеют помочь нам.
— При условии, что они пришлют нам того, кто сможет это сделать, — вставил Кальвер. — Мы не обсуждали цену или что-то подобное, но посмеем ли мы сказать, что не будем платить, если не будет результата?
Тобиас покачал головой.
— Да они просто смеются над вами. Нет, нам придется зависеть от того, кого пришлют.
— А почему вы не уточнили? — спросил Кальвер. — Сейчас уже слишком поздно что-либо делать, но почему вы не удостоверились, что так и будет?
— А что бы это изменило?
— Вспомните, на нас напали враждебные инопланетяне. Для Земли это не менее важно, чем для нас, и если они этого не поймут, то могут послать нам какого-нибудь неуклюжего дипломата-карьериста, который ничего не сумеет поделать с лодарями, — заявил, побагровев, Кальвер.
— В конце концов, мы не являемся важной планетой в Галактике, и если они не проникнутся милосердием к нам... — сказал Тобиас. — Думаю, я объяснил это как можно понятнее. Если у нас нет уверенности в их умственных способностях, то не стоило их вообще нанимать.
— Хорошее рассуждение, — сказал Кристенсон.
