Хуже лыж может быть только мороз. И ведь угораздило кого-то оставить секретные материалы в таком месте. И хоть аналитики утверждают, что охрана вполне достаточная и в такой холод никто туда не полезет, — не очень верят этим экспертам, судя по происходящему.
Резонно удивившись, с чего такая спешка, ведь прошло уже почти полгода, получила ещё более удивительный ответ, что артефакторы только сейчас смогли подготовить экипировку для такого похода.
Я была лучшего мнения о них.
К сожалению, сбылись самые худшие предположения. Когда на десятые сутки мы достигли исследовательского центра, то обнаружили его наполовину разграбленным. Естественно, исчезло всё наиболее ценное, нам досталась лишь часть библиотеки. Секретные материалы и разработки найти всё же удалось. Хоть и не в полном объеме.
Составив подробное описание увиденного, и даже зарисовав окаменевшего грабителя, неизвестной мне расы, отправились в обратный путь.
Вот тут и случилось то, о чем вспоминать не хочется. И во всем виновата только я, и моё неумение быстро бегать на лыжах. Именно из-за этого нас догнали эти исчадия инферно во главе с упырями. Силы преследующих не намного превосходили наши, и в любой другой ситуации мы легко справились бы с таким противником. Но удача отвернулась от нас окончательно. Наши заклинания и магические умения практически не работали, мана утекала как песчинки песка в реторте времени.
И во всех наших бедствиях только одна причина — эльфа, не умеющая бегать на лыжах.
Когда же я упала без сил прямо в снег, Салиэль остался со мной, в надежде, что преследователи соблазнятся более лакомой целью — основной группой груженой ценностями. Мы ошиблись — тёмные твари почему-то выбрали нас. Ну что же я готова умереть за свои ошибки.
Поначалу нам даже повезло, не ожидавшие нападения преследователи попали в засаду и потеряли одного упыря. К сожалению, одно из волчьих исчадий успело добраться до Салиэля, серьёзно ранив его. Пришлось использовать Стрелу Упокоитель Мага, чтобы успокоить навечно серую тварь.
Такое начало несколько обескуражило преследователей, и дало возможность нам отступить на полмили, в надежде, что враг прекратит погоню. К сожалению, ранение моего напарника оказалось слишком серьёзным, что и предопределило нашу судьбу.
Последнюю атаку помню лишь обрывками, настолько устала и вымоталась, таща на себе напарника, потерявшего сознание.
Вроде бы успела выстрелить и даже в кого-то попала, но в этот миг страшный удар отправил меня в беспамятство.
Пришла в себя от жуткого крика где-то рядом, но не смогла даже пошевелиться, лишь отрешенно глядя сквозь прикрытые веки, на кошмар, порожденный моим воображением. Мерзкий упырь пожирал эльфа прямо у меня на глазах.
— Это мне сниться, — облегченно закрываю глаза, пытаясь уйти в спасительную нирвану.
Но что-то не дает мне уйти в небытие. Что-то изменилось — не могу открыть глаза полностью. Смутные образы: волки набросились на упыря, он их раскидывает, опять свалка. Упырь мертв. Несколько собак тоже — разве бывают такие собаки?
Кто-то ещё появляется в поле зрения. Ещё одно исчадие ада — вместо лица жуткая маска с щелями для глаз, вместо доспехов мерзкая даже на вид, шкура какого-то монстра.
И, конечно же, он — враг. Псы Стужи, действительно собаки, не бросаются на него, по всей видимости — он хозяин. Но для чего он убил кровососа?
— Думай девочка, думай, твой долг перед народом остался неисполненным.
Как же тяжело думать — я хочу спать, я хочу уйти туда — за кромку. Отпустите меня. Зачем он убил упыря? В чем подвох мерзкого некроманта?
Откуда я знаю, что он некромант? Он убил своих псов и забрал их душу. В руке у него ритуальный кинжал — даже отсюда я чувствую, как он вибрирует поглотив жертвы.
Неужели он хочет забрать мою душу? Только не это — дайте мне умереть чистой.
Вместо боли внезапно чувствую вкус клюквы на губах. В детстве бабушка готовила клюквенное варенье. Мне становится лучше.
— Какая красотка, — это он обо мне? Ну, и хам! Сказать инфене в лицо такое при первом знакомстве, не будучи представленным. Хотя о чем я! Это же некромант, хозяин отродий, что убили и сожрали… Тут внезапно осознаю, что это был не сон, и меня выворачивает наизнанку.
— Выпей ещё раз, поможет, — послушно глотаю какую-то противную настойку со вкусом клюквы. Наверняка с мухоморами.
Делаю вид, что до сих пор не пришла в себя, при этом усиленно соображаю и вспоминаю. Пытаюсь анализировать.
Что дает тот факт, что некромант оставил меня в живых? Судя по наглой реплике он рассматривает меня, как объект для удовлетворения…. Не буду уточнять для чего — мерзкий похотливый некрофил, никогда тебе не получить желаемого. Я лучше умру. Нет, лучше ты сам умрешь — так будет справедливее. За съеденное сердце Салиэля, тут меня снова замутило. С ненавистью смотрю на некроманта. Он настолько невообразимо подлый, что ходит и собирает ценное со своих бывших слуг.
