– А просто для разнообразия, – подсказал я. – Не знаю, кто и зачем создавал Вселенную; может, она вообще сама как-нибудь нечаянно завелась. Но если создатель все-таки был, он явно помешан на разнообразии. Вероятно, предполагалось, что, если свалить в кучу все, что удастся придумать, и хорошенько перемешать, в какой-то момент в этой куче как-нибудь самозародится смысл. Ради этого все, собственно, и делалось: дождаться зарождения смысла и посмотреть, в чем он будет состоять. Так гораздо интересней, чем сочинять его самому.
– Звучит достаточно абсурдно, чтобы быть похожим на правду, – заметил сэр Шурф.
Смена темы его явно приободрила. Но Джуффин не собирался нас щадить.
– Понимаю, что слушать о Пожирателях – невелико удовольствие, – сказал он. – О дурковатом творце Вселенной и поисках смысла куда как веселей говорить. Но я еще не закончил, придется вам потерпеть. Так вот, при всем моем отвращении к этой теме, она меня чрезвычайно занимала. Потому что, с одной стороны, все, о чем рассказывал Махи, рано или поздно оказывалось правдой, включая вещи настолько невероятные, что ничем, кроме абсурдного розыгрыша, я их поначалу считать не мог. Однако сколько я ни расспрашивал о Пожирателях старых опытных магов и ученых книжников, никто никогда о них не слышал. И в книгах не читал, и в секретных рукописях. И даже в кошмарных снах, где им самое место, не видел. Впору было выдохнуть: «Все-таки Махи выдумал эту пакость», – и выкинуть Пожирателей из головы. Но я не мог не заметить, что от моих расспросов не только мне самому, но и моим собеседникам становится тошно – вот как тебе, сэр Шурф. Это казалось мне косвенным доказательством существования Пожирателей. Не может всех так дружно мутить от того, чего нет. Поэтому, когда судьба свела меня с Древними, я принялся расспрашивать их. Они не горели желанием болтать на эту тему, говорили: «Забудь, не твоя забота, для тебя никаких Пожирателей нет». Но поскольку Древние сами любопытны и очень ценят это качество в других, я их дожал и узнал правду. На самом деле это довольно смешная история. Надеюсь, хотя бы сэр Макс сумеет оценить ее по достоинству, если уж его не тошнит.
– Оценю, если выяснится, что Древние сами сожрали этих твоих Пожирателей, – усмехнулся я. – Такая версия вполне удовлетворила бы мое чувство комического.
– Я всегда говорила, что ты совершенно ужасный! – рассмеялась леди Сотофа. – Ты угадал!
– Это не я ужасный, а жизнь ужасная, – вздохнул я. – Когда настолько глупые шутки оказываются правдой, с реальностью явно что-то не так.
– Ну, по крайней мере, они не всей толпой эту пакость жрали, – утешил меня Джуффин. – Всего один такой герой нашелся. И сожрал, к сожалению, далеко не всех. Вечно у вас, одиноких героев, нелады с аппетитом в самый неподходящий момент.
Он наконец раскурил свою многострадальную трубку, которую все это время вертел в руках, и принялся рассказывать дальше.
