Мертвым – мертвое полностью

— Всё правильно, — кивнул Эл, снимая с пояса металлический тубус. — Я вижу, ты действительно очень силен, мой старый друг. И как раз являешься тем, о ком говоришь, — нечистью! А значит, я не нарушу никаких правил.

С этими словами Эл открыл тубус.

— Что это? — скривился Оракул. — Неужели припас кого-то?

В воздухе появилось яркое сиреневое сияние. Уплотняясь, оно превратилось в фигуру стройного юноши в лиловом камзоле. Несуществующий ветер колыхал его светлые волосы.

Эртанор нахмурился.

— Серьёзно? — проговорил он. — И это твой козырь? Больше смахивает на студента.

Эл произнёс короткое заклинание.

Юноша вскинул руку. Воздух содрогнулся, и прошедшая по нему волна мгновенно превратила шестерых воинов Эртанора в кружащиеся вихри зелёных искр. Сам некромаг устоял, прикрывшись силовым щитом.

Вампир громко выматерился.

— Ладно! — крикнул он, наклоняя голову. — Давай по старинке! Один на один! Без фокусов.

Эл покачал головой.

— Ты всего лишь нечисть, — сказал он. — Монстр, которого нужно истребить. Никакого поединка чести не будет.

С этими словами он извлёк из-под одежды короткий узкий кинжал, испускавший сиреневое сияние.

— Сегодня ты умрёшь, — спокойно предупредил Эл, глядя противнику в глаза.

Издав отчаянный крик, вампир кинулся на него.

Столкнулись клинки. Противники вновь закружились в бешеном танце смерти. Они двигались подобно лучшим воинам Островов, стремительные, гибкие и ловкие. Эртанор поражал скоростью. Он наносил удары каждую секунду, не зная устали. Как ни странно, Эл не уступал ему, хотя не был вампиром. Но каждый раз его клинок оказывался там, куда бил Оракул.

В какой-то момент Легионер приоткрыл рот и принялся втягивать лиловый призрак юноши. Заметив это, Эртанор издал яростный крик и сорвал с пояса ещё несколько склянок. Разлетевшись, они выпустили порабощённые души новых воинов. Один держал боевой молот, другой — секиру. Ещё двое сжимали кривые ятаганы. Они кинулись на Эла, но тот отшвырнул их движением руки, даже не коснувшись. Вся мощь колдуна, нашедшего Звезду, влилась на некоторое время в него. Легионер выхватил пульсирующий фиолетовым кинжал и вонзил его в грудь Эртанора так стремительно, что тот не успел поставить блок.

Противники замерли на пару секунд.

Затем вампир опустил взгляд на торчавший из него клинок. На его лице расползлась ухмылка.

— Кажется, ты забыл, — прошипел он, уставившись в чёрные глаза Эла, — что моё сердце далеко отсюда! Как и твоё!

— Нет, я помню, — ответил демоноборец, резко опустив руку, так что кинжал рассёк грудину и живот вампира. — Но мы найдём его!

С этими словами Эл нырнул в тело противника, из которого било лиловое сияние. Вампир в недоумении уставился на отверстую рану. Сунул в неё руку, вытащил и растерянно уставился на исходящее из разреза сияние.

— Что за…? — пробормотал он.

Эл шагал по гулкому залу, направляясь к Эртанору. Тот стоял посреди поверженных големов.

— Откуда ты взялся? — спросил он Легионера. — Что происходит?

— В другом мире ты сделал кое-что не так, — проговорил Эл, доставая на ходу револьвер. — Придётся разобраться с тобой здесь, где ты ещё не стал некромагом.

— Я ничего не понимаю, — покачал головой Эртанор. — Кто ты такой? И где я? Что вокруг за…

Эл вскинул руку и спустил курок. Пуля врезалась Эртанору в грудь. Пошатнувшись, он опустил взгляд на рану, из которой толчками лилась кровь. Легионер подошёл вплотную и вогнал в неё узкий кинжал, светящийся лиловым.

— Пришло время объединить твои судьбы! — проскрипел он в лицо Эртанору.

Когда Эл вынырнул из груди Эртанора, то увидел, что вампир лежит на полу, раскинув руки и устремив в потолок остекленевший взгляд. Его тело начало разлагаться, и процесс этот ускорялся прямо на глазах. От плоти потянуло дымом, она начала чернеть.

Эл взглянул на сердце, которое держал в руке. Из него сочилась кровь.

— Прощай, старый друг, — сказал Легонер, покачав головой. — Теперь ты там, где тебе место. С нужной стороны баррикады.

Два всадника остановились перед двухэтажным домом с красной двускатной крышей и спешились. Один приехал на лошади, другой — на огромном, покрытом чешуёй мутанте.

Оба подошли к низкой железной ограде, сделанной в виде переплетающихся нитей вьюнка. Она была недавно покрашена и отливала маслом. Перед ней, на деревянной табуретке, сидел старик и задумчиво курил потемневшую от времени трубку на длинном мундштуке. Его подслеповатые глаза смотрели в одну точку, а сморщенные губы изгибались в лёгкую усмешку — казалось, старик вспоминал о чём-то, доставлявшем удовольствие. Рядом источала резкий запах открытая банка с остатками краски.

— Послушай, любезный, — обратился к нему один из всадников. — Не знаешь, где живёт известный менестрель по имени Нами-Зар? Кажется, он из Ольтодуна.

Старик моргнул, словно расставаясь со своими мыслями, и поднял бледные глаза на здоровяка, закутанного в простой коричневый плащ из грубой материи. Голову незнакомца защищала от солнца странная шляпа в виде конуса, покрытого причудливыми знаками.