Исходя из слов Себастиана, человек, сопровождающий этот голос, должен был принадлежать Бакстеру. Большой, крепкий, плотный, с шеей как у быка, полный бушующей энергии и силы. Как и у Себастиана, Зейна и Брока, у Бакстера были каштановые волосы и карие глаза, но, как и у прочих братьев, они выглядели совершенно иначе. Его руки были такими огромными, что я невольно озадачилась даже, как он ими задницу подтирает, а его грудь на самом деле была какой-то тектонической плитой, однако талия смотрелась точеным клином, обтянутым зелено-желтой футболкой университета штата Орегон. Он занимал немалое физическое пространство, но, когда сошел с лестницы и вальяжно пересек бар, стало ясно, что он также был одним из тех людей, которые просто доминируют в любом помещении, в котором оказались в силу огромного размера, шума, бравады и силы личности.
Он скользнул на стул позади Брока, вытянул палец в сторону бутылок с выпивкой, выстроившихся на полках.
- Эники-беники ели вареники! - Он считал по бутылкам «Джонни Уокера», «Джек Дэниелса» и «Уайлд Теки» по очереди, а затем на слове «вареники» остановился на «Патрон Сильвер».
- Сейчас полдень, придурок. - Брок стукнул Бакстера по плечу. - Мы не будем пить текилу.
Бакстер проигнорировал его, налил до краев три рюмки текилы, порылся под стойкой и достал тарелку с нарезанным лаймом и солонку.
- Для текилы всегда подходящее время, ты, сученыш! - Он поставил передо мной рюмку, схватил меня за запястье, облизнул его, насыпал туда соли и всучил мне лайм. Поднял свой стакан в мою сторону и провозгласил. - За моего брата Себастиана, экстраординарного мудака и обладателя самого злого правого хука из всех, что я когда-либо получал. И Дрю, чтобы она оказалась женщиной, способной выносить его даже объевшимся адской белены.
Он звякнул своей рюмкой о мою, проливая при этом все на мою и его руки, потом чокнулся свей рюмкой о рюмку Брока, который, не смотря на свои протесты, пил вместе с нами. Мы лизнули соли со своих рук, выпили и закусили лаймами. Каждый из нас выполнил необходимый «послетекиловый» ритуал.
И тут я заметила, что у Бакстера тоже был синяк на щеке.
- Подожди, Себастиан и тебя тоже ударил?
Бакстер налил себе еще рюмку и сразу опрокинул ее без соли или лайма, и даже без выдоха.
- Ага, именно. Выродок. Я всегда забываю, как сильно этот ублюдок может бить.
- Из-за чего он тебя ударил? - нахмурилась я.
Тут возник Зейн, сгреб бутылку текилы, отобрал рюмку у Бакстера и проглотил две стопки подряд без закуски.
- Потому что у придурка были яйца спросить Себастиана, с чего он так взбеленился.
- На что Себастиан ответил, что не ест белену, сосунок, - сказал Бакстер, потирая подбородок, - и вмазал мне.
Я взглянула на Зейна, Бакстера и Брока, каждый из которых нес на себе отпечаток гнева Себастиана.
- Итак, всем троим он дал по морде... - Я взяла бутылку и налила себе еще, но не забыла про соль и лайм, поскольку явно была не так взвинчена, как братья Бэдд, - что привело вас к рюмкам с текилой в... двенадцать-ноль-девять в понедельник днем.
- Ага, - кивнул Зейн. - В смысле, не знаю, как остальные, а я еще не ложился. Провел всю ночь в пути из Лондона до Лос-Анджелеса, затем из Лос-Анджелеса до Сиэтла, а потом из Сиэтла сюда, и это лишь малая часть моего пути. Так что, согласно древним правилам гулянок до утра, у меня еще воскресенье.
- А мне изменили в день моей свадьбы, - сказала я, - и было это два дня назад, а потом я встретила Себастиана, и он перевернул все с ног на голову, так что мне кажется, я имею право.
- А нас обоих побили, - Бакстер ударил Брока по плечу, - что является неплохим оправданием. Но знаешь, на самом деле мне не нужны оправдания, чтобы пропустить стаканчик, сечешь? - и выпил третью рюмку.
Я чувствовала, что первых двух с меня было достаточно.
- А почему вообще Себастиан ходит вокруг и всех бьет?
- Я же говорил, - сказал Брок. - Потому что он эмоционально чахлый пещерный человек.
- Оу, - вымолвила я.
- И потому что он идиот, - рассмеялся Бакстер. - Думает, что мы просто позволим ему уйти после того, как он наваляет нам, поскольку он высказался.
Я перевела взгляд с одного брата на другого, потом на третьего. У всех было одинаковое выражение лица... Брок тоже выпил вторую рюмку и следом третью. Они все переглянулись, обменявшись теми самыми многозначительными взглядами, которые бывают у хорошо знакомых людей, когда они общаются без слов.
- Подозреваю, вы ему спускать это с рук так просто не планируете? - спросила я настороженно.
- Конечно, нет, - Зейн мрачно усмехнулся.
Бакстер закрыл бутылку «Patr'on» [1] пробкой, убрал ее и стукнул кулаком по стойке.
- Готовы, братья?
- Готовы, - в унисон ответили Зейн и Брок.
Все трое потянулись к лестнице. - Зейн поднялся первым, затем Брок, а следом Бакстер. Впрочем, Бакстер почти сразу вернулся, глядя на меня.
- Дрю? Знаешь, на твоем месте я бы... гм... спрятался.
И не успела я моргнуть, как он испарился. Несколько мгновений тишины, и раздался невыразимый рев Себастиана...
Стук, удары, грохот чего-то ломающегося, снова стук. Грохот стоял такой, что стены тряслись...
