В глубине души Николай благодарил Бога за встречу с Ликой. Смерть дочери и внуков ранила его в самое сердце, а после всего кончина жены окончательно забрала желание жить. Анжелика своим появлением подарила ему надежду. Ему казалось, что в реальной жизни так просто не бывает, небеса словно в насмешку вернули ему погибшую дочь и теперь отнимают его жизнь. Жестокая штука судьба. Нет, он умный и адекватный человек, и в такие чудеса не верит, точнее не верил ещё пол года назад.
Он поднялся с кровати. Голова страшно болела, а во всем теле была жуткая слабость. Николай Алексеевич подошёл к окну и правой рукой отодвинул тяжелую штору. Луч дневного света ворвался в комнату и осветил ее белым прозрачным светом. Март месяц не радовал весенним тёплом и солнцем, кое- где ещё лежали небольшие грязные сугробики, но птицы пели вовсю. Надо же! Эта весна, вероятнее всего, станет последней в его жизни. От этого ему становилось и грустно и страшно, но что греха таить, итог любой человеческой жизни один. Два века никто не может прожить. Видимо, его время пришло. Он смотрел вдаль, и хоть взгляд упирался в соседний особняк, Никольский смотрел сквозь него. Его печальный взгляд облетел территорию двора, которая была видна с окна его спальни.
— Нет в жизни случайных событий— тихим голосом сказал он сам себе. Его тихие шаги наполнили комнату, слабость и апатия вернули его в постель. Он разглядывал потолок и стены, в слабом освещении они казались темно — серыми, хотя в действительности его комната была выполнена в светло- пастельных тонах. Вероятнее всего, ему сегодня все казалось серым и безрадостным. Он знал, с этого дня их будет становиться все больше и больше, и это причиняло не только моральную но и физическую боль. Он закрыл глаза отпуская из головы абсолютно все мысли.
***
Никольскому не удалось долго скрывать своё состояние от Анжелики. Она видела, с каждым новым днем Николай Алексеевич угасает. Он не жаловался, но она чувствовала. Все чаще и чаще ей приходилось справляться с колоссальным бизнесом в одиночку, решать важные моменты и следить за всем. Никольский полностью доверял ей и был совершенно спокоен на этот счёт.
Он сидел в своём кабинете когда к нему вошла Анжелика. Удивительным для него был тот факт, что она никогда не входила без стука, как собственно и сегодня:
— Девочка моя, зачем ты стучишь? Ведь это сейчас больше твой кабинет чем мой — ласково и с улыбкой сказал он.
— Что происходит? Я вижу это, я чувствую. Прошу скажите! — поднимая на него свои изумрудные глаза спросила она.
Никольский на секунду застыл, но потом глубоко вздохнув сказал: — Вот, опять ты надумала проблему на пустом месте. Все хорошо.
— Нет, и мы с Вами это знаем. Неужели вы насколько мне не доверяете? — ее голос предательски дрогнул
— Доверяю, девочка моя, просто не хочу чтобы ты волновалась.
— Разве я могу не волноваться о Вас? Ведь вы… Вы … Вы мне как отец — на ее глазах заблестели большие слёзы которые через пару секунд скатились по фарфоровым щекам.
— Ах, девочка моя, — он тяжело выдохнул — Я смотрю на тебя и вижу свою дочь, прости меня за это.
— Мне не за что Вас прощать— Лика подлетела к нему и крепко, по- детски, обняла его. Он обнимая ее в ответ думал лишь о том, как сейчас ей сказать то, что вот уже более чем год давит его сердце:
— Ты видела океан?
Анжелина от такого вопроса широко распахнула глаза и отрицательно покачала головой.
— Тогда сегодня самое время. — Никольский подошёл к своему столу и сделал несколько телефонных звонков. Лика стояла в его кабинете каменным истуканом и по- прежнему не понимала логики заданного вопроса. Единственное, что она осознала Никольский сегодня вместе с ней полетит к океану. В ее голове эта информация упрямо не помещалась.
— Через три часа у нас вылет, переделай все срочные и важные дела какие успеешь. Мы улетим на три дня. За нами приедет Павел.
— А… а…. Как это? — хлопала заплаканными глазами Лика
Никольский тихо засмеялся: — Время пошло, поговорим там.
Лика вышла от него на негнущихся ногах. Она была похожа на восковую фигуру, и без того бледноватая кожа стала почти белой. В ее голове крутились вопросы ответов на которые она не знала, но хотела знать.
В аэропорту Никольского и Анжелику ждал частный самолёт. Лика была насколько удивлена происходящим, что за всю дорогу в аэропорт она не проронила не слова. Никольский тоже молчал думая о своём.
— Перелёт будет долгим — поднимаясь по трапу сказал Никольский Лике.
— А куда мы летим? — поинтересовалась Лика
— Ты все узнаешь, моя девочка, имей терпение.
***
