Прошмыгнув через дверной проём, Войла скинул рюкзак у входа и стал осматриваться. Как и обещалось, соседняя комната была пустой и не такой обустроенной. Шкаф, рабочий стол, а у соседней с ними стены стояла сложенная раскладушка.
Войла прикрыл дверь комнаты и принялся осматривать квартиру дальше.
В другом помещении была уборная. Внутри был как и санузел, так и сама ванна, так и сушильная машинка — что и было самым полезным плодом знакомства Войлы с Ниннель. По крайней мере, если он будет выходить и мочиться на улице, то сможет быстро и просто просушить одежду, при том за бесплатно.
Минуло около получаса, в течение которых Гуляев обустроился в новом месте обитания. Сам разложил себе спальное место, нашёл простое потрёпанное бельё в шкафу рядом с его же раскладушкой. И теперь, с чистой совестью и свободными руками, наконец-то решил заняться своей одеждой. Зашёл в ванну, и проверив карманы взятой с собой куртки и штанов, отправил их в сушильную машинку. А следом закинул и балаклаву с майкой. Долго времени тратить на настройку нужных параметров сушки не пришлось, и уже через пару минут Войла отправился в свою комнату.
Накинув на себя комбинезон, приличия ради, он застегнулся и глубоко выдохнул.
«Взболтать, но не смешивать»,— тихо произнёс Войла и усмехнулся, пока ложился на раскладушку. В прочем-то, лежал он в выданной ему рабочке. Один хрен штаны ещё нужно было дождаться, так что рентабельнее было отдыхать уже в том, в чём он скоро пойдёт на работу.
И пока Войла мирно думал о том, как проведёт следующий день и какую пользу будет извлекать и дальше из новых знакомств, за соседней дверью послышались шаги. Ниннель.
Что-то тихо бормотала, недовольно ухала и очень грязно материлась. Последний аспект Войла просто не мог оставить без внимания, и откровенно наслаждался речами, которые раздавались из безобидных женских уст.
А когда она по обыкновению зашла проверить вторую комнату, где лежал Войла, то, притихла. На секунду Войле даже показалось, что у неё покраснели щёки.
— Вот ты где. Я думал, совсем припозднишься,— Гуляев поднялся с раскладушки и подошёл к двери.
Девушка машинально сделала шаг назад, что позволило Войле выйти из комнаты.
— Да там приебался какой-то мудак, прости господи…— Ниннель раздражённо подошла к кухонному гарнитуру, начиная наводить порядок перед чаепитием.
— Ну-у-у, на столько всё плохо?,— Войла присел за стол рядом с маленьким угловым гарнитуром. Следующие минут десять он выслушивал оживлённый рассказ Ниннель о том, как её бесили почти все посетители хостела.
— … А он давай на меня бычить, что я ему ключи не от того номера дала. А я что, виновата, что его пьяная рожа соизволила забыть о том, какой номер он заказывал? Дак мне ещё потом Горохов нагоняй вставил, что я что-то не так сделала,— Нэля поставила на стол кружки, а так же маленькую корзинку с печеньем и какими-то прочими чайными закусками,— В итоге как обычно, Нэля плохая, а какой-то пьяный дебил хороший. Ну что за беспредел такой…
Войла прищурившись, тихо посмеивался и слушал Ниннель. И, в один момент встретился вместе с ней взглядом. Нэля, которая до сих пор не соизволила посмотреть на его лицо с момента прихода в квартиру, чуть не выронила сахарницу из рук. Благо, Войла подскочил из-за стола и схватил её в ладонь, не дав разбиться.
— Ты чего, смерть увидела?,— Войла встряхнул головой от небольшого пережитого стресса и поставил сахарницу на стол.
— Да практически… Господи… Это где тебя так?..,— девушка осторожно берёт в руки заварник, разливая чайную заварку по кружкам.
— Дык, я же это… Ну, погорелец. Людей из пожара можно сказать, выносил. У меня не только с лицом так. Ну, если вдруг интересно.
— Иди ты…— Ниннель убрала заварник, дожидаясь, пока чайник на плите наконец-то закипит,— Не тяжело тебе с этим?
— Я уже как-то привык. Стало настолько рутинным и бытовым явлением, что я не замечаю каких либо проблем. Разве что когда моешься, отдельное внимание нужно уделять лицу,— Гуляев задорно усмехнулся и отвёл взгляд в сторону.
— Это почему?
— Это потому, что если я не вымою всю грязь, мне никакой крем от Дольче Габбана не поможет, чтобы моё ебло было похоже на ебло, а не на жопу,— Войла сделал паузу, а потом, тихим голосом продолжил:
— По крайней мере визуально…
Ниннель, выдержав определённое время молчания, начала заливисто смеяться.
Видимо, такие хитрые сравнения и речи Войлы не могли оставить её равнодушной. А сталкер в свою очередь, был только рад увидеть её весёлой, а не гнусной и обиженной, как сутками ранее.
Со временем, чайник закипел, и наконец-то Ниннель и Войла смогли посвятить себя обсуждению быта хостела. Миновал практически час оживлённой беседы, по окончанию которой Ниннель отправилась спать, а Гуляев, собравшись с силами, направился в подсобку хостела. Впереди целая ночь работы, которая, возможно заставит Войлу сменить привычный, дневной образ жизни на ночной…
