– А ты знаешь, нет. Как-то так получилось, что я тебе доверяю. Просто эти ее штучки меня то ли раздражают, то ли злят чуточку. Мама есть мама, я ее люблю, но все равно. Как начнет!.. Юбка до трусов, взгляды томные, чарующие!
– А ты постарайся быть к ней снисходительнее, – великодушно сказал Алексей. – С пониманием отнесись. Посмотри-ка вот с такой точки зрения. Годочки бегут, ей уже сорок второй, полтинник не за горами. А какой женщине стареть хочется? Вот и доказывает себе и окружающему миру, что она еще вполне ничего себе. И ножки стройные, и фигурка на уровне, и вся такая очаровательная, что спасу нет.
– Ну, пожалуй. Может быть.
Таково уж было их везение, что, когда машина вывернула на улицу, они увидели на обочине синий минивэн, от которого удалялась Женечка. Она шла в ту же сторону, куда направлялись они, и потому их не заметила. Алексей как ни в чем не бывало проехал мимо, успев бросить на водителя цепкий взгляд.
– Кто там? – с нескрываемым интересом спросила Оля.
– В таких случаях говорят, что могло быть и хуже, – с усмешкой ответил он. – Мужичок лет под сорок, довольно симпатичный, ни лысины, ни пузика. Вряд ли он с ней в куклы играет или просто в щечку целует. Не тот у него типаж.
– Вот зараза! Выходит, не зря она мне говорила, что не завидует по твоему поводу, потому что у самой все в норме.
– Поколение такое, – заявил Алексей.
– Да ничего подобного, – возразила Оля. – Ничего нового. Когда мне было шестнадцать, у нас полкласса в женщинах ходили, а может, и больше. Кто втихомолку хвастал подругам, а кто и шифровался старательно. У вас наверняка было то же самое.
– Примерно, – вынужден был признать он. – Ну ладно. Есть во всем этом положительная сторона. Говоря чуточку цинично, уж мужик под сорок в предохранении толк знает. Я обязательно поговорю со знакомыми. Они пробьют номер. Будешь знать, с кем младшая сестренка хороводится, есть там смысл вмешиваться или нет никакого. Ладно. Ну а что тебе мама сказала? Мне страшно интересно знать.
– Ничего особенно напряжного. Про мои трендовые шмотки ничего не спросила. Дескать, откуда такая роскошь, не спрашиваю, и так ясно. Ну, я ей в точности сказала то, что ты советовал. Она эту тему не ворошила, перешла к курсовой. Очень ее, понимаешь, заботит, чтобы я занималась исключительно ею, а не отвлекалась на всякие глупости.
– Вот тут я с ней совершенно согласен, – сказал Алексей. – Работа, и никаких глупостей, хоть ты стриптиз передо мной танцуй.
– А если я попробую? – с любопытством спросила Оля. – Я стриптиз танцевать никогда не училась, но в кино сто раз видела, так что некоторое представление имею. Что тогда будет?
– А будет то, что я тебя отшлепаю, одену и загоню работать. Оля, ты уж относись…
– Да я серьезно отношусь, – заверила его Оля. – Очень даже. Дурачусь просто перед пахотой. Скажи лучше, что ты с папой сделал?
– А что?
– Он водочку пить перестал. Принес кучу каких-то чертежей, справочников по строительству – я видела заголовки – и вечерами их штудирует старательно. Он и с мамой стал держаться как-то иначе. Нет, ни голоса не повышает, ни скандалов не устраивает, но как-то по-другому с ней общается, чуть уверенней и независимей, что ли.
«Заработало!» – воскликнул кот Матроскин. Вдруг да и выйдет толк?
– У него получается что-нибудь? – серьезно спросила Оля.
– Трудно пока сказать, слишком мало времени прошло, – ответил Алексей. – Во всяком случае, с десяток не особенно сложных поручений, которые мы ему давали, он выполнил нормально. Через недельку поставлю его на фронт работ уже чуточку посложнее. Мы его со ступеньки на ступеньку поведем, а там уж как получится.
– Хоть бы получилось, – сказала она и тяжело вздохнула. – А то сил не было на него в последние годы смотреть. Он черт знает в какую тряпку превратился.
Алексей промолчал о том, как Митрич, должным образом проинструктированный и профинансированный, купил бутылку перцовки «Немирофф» и добросовестно попытался ближе к концу рабочего дня склонить Камышева к совместному употреблению сего нектара. Тот категорически отказался, заявил, что сам на работе не пьет и другим не советует. Это тоже внушало определенные надежды. А перцовку Митрич отдал водителю машины, прибывшей на стройку с очередной порцией вагонки.
Домой Алексей возвращался далеко не в самом скверном расположении духа. Все напасти, свалившиеся на два объекта, оказались мелкими и преодолены были в хорошем темпе.
Северный забор объекта «Замок» граничил с асфальтированной дорогой, ведущей вверх, в сопки, к двум другим коттеджным поселкам. А по другую сторону дороги который десяток лет располагалось лесничество. Собственно говоря, не вполне настоящее, то есть не государственное – подразделение Шантарского технологического института. Но ходили тамошние блюстители природы в той же форме, с теми же знаками различия и строили из себя столь же важных персон.
