Натали была моей школьной подругой. Самой близкой подругой в моей жизни. Радость это или же проклятие, я точно для себя не могла определить. Она младше меня на пару месяцев, ниже ростом, худощавая, но спортивная… Сравнение с эльфийкой будет очень кстати. На ее щеках и вздернутом носу рассыпались веснушки. Небольшие, глубоко посаженные голубые глаза горели озорством. Она весела и легка на подъем. Везде, где мы были, Натали приходилась к месту. Она была душой компании, имела при себе кучи новых идей, предлагала неожиданные решения и пробовала самые необычные варианты времяпровождения. В школе она занималась игрой на скрипке, после решила уйти в танцы. Ее любимым занятием было слушать музыку и двигаться. Танцы, активный спорт, пешие прогулки… Игру на инструменте девушка забросила. Причин мы не выяснили. Ей просто в какой-то момент наскучило.
После сеанса мы вышли немного сонными. Я уж подавно, а вот состояние Наты меня приятно удивило. Она зевала, и я уже обрадовалась, что очень скоро мы пойдем домой. Однако мое счастье настиг полнейший крах.
– Вилл, мне нужно купить к зиме теплую одежду. Я с этой учебой никак не находила время, – перестав зевать сообщила мне Ната. Я выругалась, но ее это не смутило. – Твой совет мне необходим, пожаааалуйста, Вилл.
«Ведь знала же, что лучше оставаться дома…»
Мы стояли в примерочной то ли второго, то ли третьего магазина. Вернее, Ната стояла, а я сидела на мягком пуфике, оценивающим взглядом осматривая трикотажный свитер тыквенного цвета на подруге. Сбежать от надоедливых мыслей мне удалось ненадолго. В какой-то момент в памяти снова стали возникать еще совсем недавно забытые фантомы. Я как заведенная начала вновь и вновь возрождать в голове затасканные вечным переосмыслением картинки, цвета, предметы… Реальность отошла на второй план, будто это и есть норма, будто так и должно происходить. Даже забылась играющая отовсюду приглушенная ритмичная музыка. «Это» стало куда важнее и реальнее для моего сознания и, несомненно, меня это настораживало.
– Тебе снилось что-нибудь? – задала я вопрос подруге. Та, застигнутая врасплох, отложила на потом разглядывание ценников и снова сняла свитер, чтобы в десятый раз надеть другой.
– Вряд ли задаешь вопрос просто так, – бубнила она. – Ничего. А тебе?
– Не знаю нормально ли это, но мне все снится тот сон.
– Опять?
– Угу.
– Слушай, я где-то читала, что видеть один и тот же сон на протяжении нескольких месяцев, один из признаков психического расстройства.
Я сгримасничала. Уж не здесь и не сейчас будем ставить диагнозы.
– Как хочешь. Мое дело предположить! – встряхнула руками Ната, от чего у нее чуть не соскочили бретели бюстгальтера. – Я просто ни разу не встречалась с таким. Ты чувствуешь какой-то дискомфорт? Ну там… В плане психики.
– Если ты о голосах в моей голове, то нам вполне комфортно.
– Вилл!
– Я пошутила! Все в норме. Никаких проблем…
Отчасти я лгала.
«Дискомфорт» довольно забавное слово. Мягкое и даже ласковое. Я ощущала далеко не это.
– Возможно, я волнуюсь из-за этой проклятой сессии, не знаю.
– Тогда бы тебе снились экзамены, преподы… Наш беснующийся декан, – на последнем Ната хихикнула.
– Если бы я видела его во сне и не раз, это как раз и была бы причина обратиться к доктору!
Мы рассмеялись, собрали вещи и вышли из примерочной. Ната купила свитер цвета насыщенной свежей травы и рубашку с принтом в виде соцветий вишни.
– А если серьезно, Вилл, – понизив голос, вновь начала Ната, подтягиваясь к моему уху. – Лилии я чаще всего видела на похоронах, а человек, лица которого ты не видела, скорее всего, отражает именно тот факт, что грозит опасность от незнакомца. Вдруг сон об этом?
На оценку выражения моего лица и подведения итогов нашей беседы у рыжей ушло в районе трех секунд. Она закатила глаза, выдала поспешно несвязное бормотание, и лишь после этого ответила более внятно.
– Окей! Если более оптимистично – человек, лица которого ты не видишь – твой будущий муж, ваше знакомство еще впереди, а лилии – это его подарок в честь чистой и непорочной любви! Так лучше?
Тут уже я не сдержалась и рассмеялась. Девушка-кассир отдала Натали сдачу, вручила пакет, и мы ушли. По пути к выходу из торгового центра она попросила заглянуть еще в один магазин, но ей там, благо, не понравилось уже с первых минут.
На улице заметно похолодало. День был на исходе. Начинало темнеть и нам пришлось немного ускорить шаг. Захватив в ближайшей лавке пакетик жевательного мармелада разных вкусов, мы направились в сторону моего дома.
– Ты рада, да, что я к тебе иду? – судя по выражению защемленного лицевого нерва, вкус мармеладного червяка во рту Натали был очень кислый.
– Конечно рада, – буркнула я. – Я, кажется, уже отвечала на этот вопрос. Сколько еще спросишь?
– Нет, ну ты просто какая-то несчастливая. Хочешь, я домой пойду?
И этот вариант она уже предлагала сегодня.
– А что, так можно? – воскликнула я, наиграно воодушевившись.
Ната обозвала меня с будничным выражением лица, закинула в рот очередную конфету, и мы молча пошли дальше. Впереди нас ждал пешеходный переход.
