– Нет, рукопись там же, где она и была, – в ущелье Макух. Я имел в виду фотографии.
– Нет. Я его и не просил. Я все равно ничего в этом не понимаю… Моя специализация – современные скандинавские языки, а не древние семитские… А где это место, что ты назвал… Вахук или как там?
– Макух. Ущелье Макух… Это здесь, рядом с Иерусалимом.
– А с Ольгой ты видишься? – поинтересовался Сергей.
– Один раз ее видел, когда она книгу от тебя передала. С тех пор она ни разу не звонила…
– Ну ладно, с ней я сам свяжусь. Слушай, а у тебя какой-то выход на ваших израильских политиков есть?
– Нет, я никого из депутатов кнессета лично не знаю.
– Не обязательно лично, через кого-то…
– А тебе это зачем?
– Это я спрашиваю так, на всякий случай. Видишь ли, в России есть люди, которые ищут неформальных контактов с вашими политиками…
– В принципе я знаком с несколькими раввинами, которые вхожи к депутатам. А что за люди?
– Мне кажется, – начал Сергей издалека, – что вы здесь в Израиле слишком полагаетесь на США.
– За неимением альтернативы.
– Вот-вот. И я о том же. Помнишь, ты мне рассказывал, как вам эти американцы руки выкручивают. Это лицемерная страна. Страна без ценностей… Весь ее либерализм без покрытия. Израилю нужно искать других партнеров.
– Ну, это не по моей части.
– Понял. Меняем тему. Какие места ты бы посоветовал мне тут посетить? У меня почти целый день свободный.
– Ну, у нас есть много всего…
– А вот это ущелье, как ты говоришь… Макух? Андрей сказал, что это где-то в том месте, где Иисус Христос сорок дней постился… Может, туда съездим?
– В Каранталь я тебя свозить не смогу – теперь это Арафатова вотчина. Но я могу показать тебе эти места издалека, если видимость будет хорошая.
– Тогда давай в Макух сходим.
– Не думаю, что это возможно. Это серьезный горный поход. Но я могу тебе показать, где это ущелье начинается.
– Это будет здорово. Договорились.
***
На другой день я взял у отца машину и приехал в Иерусалим. Когда я добрался до места, Сергей уже ждал. Но он был, к моему большому удивлению, не один. Если честно, я не только был удивлен, но и прямо расстроен. Рядом с ним была Ольга…
Мне это все не очень понравилось. Наша тайна расползалась на глазах. Да и сам-то Сергей был здесь человеком не полезным. Если Андрей решил посвятить его в историю своей находки – его дело. А вот Ольга была здесь уже явно лишней.
Протестовать я, разумеется, не стал. К тому же я сразу успокоил себя тем, что Ольга могла быть и не в курсе, к чему мы затеяли эту прогулку.
– Как ты устроилась? – спросил я. – Почти уже два года прошло после твоего приезда…
– Вполне удачно. – сказала Ольга, пожав плечами, – У меня недавно ребенок родился. Я сейчас в основном с ним сижу…
– А муж?
– Муж работает. Он по специальности врач.
– А с ивритом как? Освоилась?
– Освоилась. Во всяком случае на улице я без проблем объясняюсь.
– Ну и как же вы теперь там будете в Хевроне, после ухода ЦАХАЛа?
– Не переживай… Как-нибудь продержимся… – сухо ответила Ольга.
– Я все же не потерял веру в Нетаниягу, – решил я ободрить Ольгу. – Он ведь все-таки строит новый квартал на Гар-Хома и, кроме того, открыл Хасмонейский туннель.
– А что это за туннель? – поинтересовался Сергей.
– В Старом городе. Ты входишь в него у Стены плача, идешь вдоль всего основания Западной стены Иерусалимского храма и выходишь с другой стороны на улицу Виа-Делароза. Этот туннель был обнаружен довольно давно, но Нетаниягу сейчас разрешил его открыть. После этого арабы как раз и подняли стрельбу.
– А чего они хотели?
– Видишь ли, сейчас арабы начали нелепую пропагандистскую войну против еврейских древностей в Эрец Исраэль. Духовные и политические авторитеты ислама заявляют, что, поскольку в Коране ничего о Храме Соломона не говорится, то его никогда не существовало, и все святыни, связанные с Сионом, – чисто исламские. А тут мы открываем для обозрения туристов этот туннель… Конфуз.
– Археологическая война. Понятно, – протянул Сергей.
– Это война за предысторию. Война за «примордиальную традицию», – веско вставила Ольга. – Генон находил не случайным, что именно наше время – это время великих археологических открытий. Подумайте, через каких-нибудь пятьдесят лет все, что вообще еще сохранилось, будет извлечено из-под покрова земли, и профессия «археолог» станет такой же архаичной и невостребованной, как профессия «путешественник». Сегодня мы приближаемся к коренной традиции человечества. Так что нет ничего странного в том, что именно сегодня вспыхнула эта война.
Интересная мысль, отметил я про себя. Надо будет Андрею рассказать. Почему, в самом деле, вдруг именно в наше время отыскались все эти кумранские свитки? Почему именно сейчас нашлась эта его загадочная рукопись?
За этим разговором мы выехали из Иерусалима и добрались до поселения Кохав-Яаков, из которого открывался дивный вид на Иудейскую пустыню.
