Хидэсато внимательно прислушивался к разговорам о том, что Масакадо собирается затеять большую войну, занять императорскую столицу и стать хозяином всей Японии. Хидэсато подумал: «Он не только известный храбрец — ему подчиняется грозная сила. Что если объединиться с ним и поделить Японию пополам?» И вот он отправился в уезд Сома. Хотя он прибыл выказать своё почтение, охранник преградил ему путь. Тогда Хидэсато сказал: «Я — Тавара Тода Хидэсато из Симоцукэ. Я прибыл сюда, чтобы увидеться с господином».
Охранник передал эти слова Масакадо. В это время Масакадо расчёсывал свои растрёпанные волосы. С распущенными волосами, да вдобавок ещё в нижнем платье, он тут же вышел к Хидэсато. Хидэсато всегда слыл человеком наблюдательным. Отметив про себя, в каком Масакадо виде, он подумал, что Масакадо — не тот человек, который ему нужен. Масакадо решил угостить Хидэсато. Стол уставили яствами. Во время трапезы Масакадо уронил кусок на штаны и сам вытер пятно. Хидэсато подумал, что подобные манеры подходят только простолюдину. Итак, Масакадо оказался человеком весьма легковесным, поэтому нельзя было и помыслить, чтобы он стал хозяином Японии. Так их первая личная встреча изменила отношение Хидэсато к Масакадо, и он не сказал того, что собирался сказать. Потеряв к Масакадо всякое расположение, Хидэсато уехал.
Поразмыслив надо всем этим, Хидэсато, когда день сменил ночь, отправился в столицу, попросил об аудиенции и доложил государю так: «Находясь в Сома, Кодзиро Масакадо замышляет мятеж, он присвоил восемь восточных земель. К тому же он собирает военную силу для похода на императорский дворец. Вот какие планы он строит! Нужно незамедлительно послать армию и уничтожить его. Если не принять меры, это наверняка обернётся для двора большими неприятностями. Если я не подхожу для этого дела, отдайте приказ другому генералу. В любом случае следует обдумать план действий и подавить мятеж».
Государь был очень напуган, он созвал придворных и знать, и они стали судить-рядить, что тут можно поделать.
Тут из восточных провинций пришло донесение о мятеже Масакадо.
— Дело не терпит отлагательства. Поскольку Хидэсато знает положение дел в восточных землях, может быть, для начала назначим его начальником карательного отряда, а уж потом снарядим силы побольше?
— Наверное, так будет лучше всего.
Хидэсато тут же вызвали во дворец.
— Тебе предстоит усмирить сильного мятежника, однако мы думаем, что ты справишься. Немедленно выступай в поход, придумай хороший план, мятежника истреби и успокой государев народ. Награда тебе будет по подвигу. Мы обязательно пришлём потом тебе на подмогу подкрепление. А ты, как только ночь перейдёт в день, тут же должен отбыть — так было сказано.
Получив государев приказ, Тода отправился в путь, ничего не прихватив с собой, кроме отваги и лука со стрелами. Он решил, что следует не терять времени и немедленно выступить. В столице ещё не настал рассвет, когда он уже миновал реку Сиракаву[721] и ворота Аватагути.[722] Когда Тода приблизился к перевалу Хиноока,[723] начало понемногу светать. Сбоку от себя он видел долину Ёцуномиякава,[724] он вступил на горную дорогу, где находилась застава,[725] и пришёл в храм Миидэра. Тода склонил голову перед Залом для проповедей: «О, бодхисаттва Мироку! Даже если на сей раз враг убьёт меня, очень прошу тебя: пусть благодаря твоей божественной силе я не попаду на три плохих дороги» — так он молился.
Потом он предстал перед статуей Синра Даймёдзи: «Кланяюсь тебе до земли, о, Даймёдзи! Прошу, помоги мне составить такой план, чтобы я сумел усмирить врага. Пусть государев народ процветает, пусть по всей стране установится спокойствие на вечные времена. Если сделаешь так, моя семья войдёт в родовую общину этого храма, мы склоним головы перед твоим святилищем».
Тода некоторое время молился, вкладывая в молитву всю искренность своего сердца. И боги вняли его мольбе. Никакого ветра не было, но занавеска перед алтарём вдруг заколыхалась, стоящие справа и слева от входа каменные лев и пёс будто бы задвигались. Увидев это, Тода преисполнился благодарности и благоговения и с глубокой верой в сердце дважды поклонился. Потом ударил лошадь хлыстом и поскакал в восточные земли.
