– Ты бы видел, какую он панику тут устроил, когда только появился здесь. Где, говорит, мой брат-близнец! Я чуть со смеху не упал, думал, он шутит. Вы с ним совсем разные.
– Думаешь? – уже не с таким явным равнодушием в голосе отвечал Тим.
– Уверен. И я говорю не только про внешность. Я про то, что внутри, – он, театрально отыгрывая, показал рукой в сторону сердца. – Я это чувствую.
Услышав этот разговор краем уха и осознав, что именно имел в виду Арес, я отозвал его в сторону для беседы.
– Тебе не кажется, что переманивать новоприбывшего участника в клан еще и в его первый же день не совсем уместно? – спросил я, уводя его в сторону от всех гостей.
– Я не…, – попытался оправдаться он.
– Я слышал. И знаю тебя не первый день. Сейчас не время для подобных разговоров, дай мальчикам освоиться. Так что, будь добр, усмири свой азарт.
Арес, или, как его еще называют, Марс, привык всегда приходить к победе любыми способами. Этот бог всегда первым появляется там, где идет война или начинает гореть дым. Чтобы разжечь его еще сильнее. И чтобы битва была долгой и весьма жестокой. Ведь как он всегда говорит: «на войне все средства хороши». Этот парень редко идет на компромисс и обладает притягательной и одновременно отталкивающей харизмой. Легкая неоднозначность и противоречие всегда остается после любого общения с ним. Когда я вернулся к общему столу, к празднованию присоединилась и Агнес, нерожденная дочь Анри. Раньше она жила то в моей усадьбе, то в усадьбах титанов (по желанию), сейчас же она полностью переехала к Анри и Тиму. Она сидела рядом со своим папой на скамейке и внимательно его слушала, всматриваясь в каждое шевеление его губ. Хотелось бы сказать «как будто видит его впервые в жизни». Но это отчасти и было правдой. Интересно, каково это – внезапно встретить своего двадцатиоднолетнего отца, будучи так и нерожденной на свет? В мире Либерти у Агнес нет ни жизни, ни возраста, но облик в Мунспейс у нее был уже юной четырнадцатилетней девушки. Именно такую внешность она бы имела, когда бы выросла на Земле. Если б только Анри смог спастись.
– И все-таки мы встретились снова, – сказала Афина, обращаясь к Тиму.
Приятно видеть, что уже в первые дни у братьев завязались знакомства.
– Жизнь – непредсказуемая штука, – ответил Тим. – Никогда не знаешь, кого придется встретить на своем пути снова. Прости.
Они оба улыбнулись. Афина подошла к нему немного ближе, приобняла его правой рукой, похлопывая по спине. Она была одета в стиле «милитари»: белая рубашка, ветровка с камуфляжным принтом, укороченные брюки болотного цвета и военные ботинки. Что хорошо подчеркивало ее спортивность и женственный, но в то же время боевой характер. В определенный момент этой яркой ночи я заметил отсутствие только двух титанов: Танатоса и Эреба. Вначале церемонии они еще были здесь, но быстро пропали из виду. Думаю, что Танатос снова почувствовал себя лишним на этом празднике жизни, но я не обнаружил его и в других местах. Эреб до сих пор мог быть не в себе по причине того, что у него практически из-под носа увели близнецов. Эреб не добрый и не злой. Он стоит над человеческими страстями и чувствами. Он уже был готов проводить души близнецов в царство Аида. И, по всей видимости, именно из-за отсутствия этих двух богов на нашем мероприятии все прошло более-менее спокойно. Когда туманная ночь стала плавно перетекать в рассвет и праздник подходил к логическому завершению, я вынес из своей усадьбы пирог на керамическом подносе. Чтобы официально завершить эту церемонию.
– С вашим новым днем рождения, – сказал я братьям, когда остался в присутствии их двоих. – Только свеча всего одна. Простите.
– Ничего, мы представим, что их здесь две, – ответил мне Анри.
Братья одновременно задумчиво улыбнулись и потушили свечу. Нужно было идти. Эта ночь и так уже затянулась надолго. Но, сидя за столом в своей усадьбе и обдумывая уходящий день, я невольно прислушался к голосам Анри и Тима за стеной на улице.
– Прости меня, – тихим голосом произнес один из них.
– Что за глупости, Тим. Ты же сам говорил, что братья всегда должны помогать друг другу. Я был готов на все, чтобы спасти тебя. И если бы сейчас меня вернули в тот самый момент, когда ты мне позвонил, я бы поступил точно также: дернулся с места, забыв о собственной безопасности. Потому что мы семья.
– Вот оно как получается: мы родились и умерли в один день. И сегодня отмечаем наш общий второй день рождения, – с грустной улыбкой заметил Тим.
– И если учитывать тот момент, что мы могли умереть сразу после рождения, то мы с тобой прожили еще далеко неплохую жизнь.
