Вскоре тролль вернулся в спальню, благоухающий дорогим лосьоном для бритья и начал одеваться. Облачился в костюм тройку, из-под которого виднелась шелковая розовая рубашка и красивый, в цвет нее, галстук.
«Он явно куда-то уходит! Нельзя упустить его из виду».
Но Пыпырыжка ошибся, Кобальд, как обычно, собирался провести этот день дома. Из спальни он перешел в рабочий кабинет, где на дубовом письменном столе, стояли телефонный аппарат с факсом, компьютер и лежали папки с эскизами.
– М-дя, что-то у меня разыгрался аппетит, пора позавтракать, – и тролль нажал какую-то кнопку на стене. Тут же послышались тяжелые шаги, и в кабинет вошла толстуха в черном платье и белом кружевном переднике.
«Горничная, – догадался Пыпырыжка, – вот как эти богачи-то живут. Все им принеси, да подай».
– Доброе утро пан Кобальд, желаете откушать? Что прикажете принести? – спросила женщина, льстиво улыбаясь хозяину.
– Ах да, Марженка. Принеси мне литровый кофейник, да скажи Гонзе, пусть кофеек-то покрепче сварит, и еще десяток, нет, лучше штук пятнадцать бутербродов. И, вдобавок, печенья какого-нибудь. Вон то, с мармеладным верхом осталось?
– Никак нет, вы вчера вечером все два кило изволили скушать. Есть только пряники.
– Черт с тобой, тащи свои пряники, да побольше. И пошли Витека в супермаркет за печеньем, пусть сразу ящик, нет, лучше два купит, ну то, которое, с мармеладным верхом. Да, а Цидька еще дрыхнет?
– Паничка Циделка уже встает.
– Поторопи эту лентяйку, скажи, что если хоть на пять минут в магазин опоздает, лишу премии за месяц. Вот так. Пошевеливайся, жирная утка, у меня во рту пересохло.
Горничная быстрым шагом удалилась, а Кобальд уселся за компьютер.
Пыпырыжка, решил было, что тролль собрался поработать, но тот начал увлеченно играть в какую-то игру, где все время приходилось в кого-то стрелять. Прицеливаясь в виртуального противника, Кобальд забавно вытягивал губы в трубочку, так что верхняя доставала до самого носа и помогал себе, изображая звуки выстрелов:
– Тюв, тюв, тюв!
Когда удавалось в кого-нибудь попасть, он радовался, как ребенок, хлопал в ладоши, звеня золотыми браслетами на запястьях и многочисленными перстнями, а если выстрел был мимо – сердито ругался:
– Щщщщукаааа, ччччччварь, эээээээээээээээ!
Минут через десять вернулась горничная с подносом еды.
– Принесла? Чего стоишь над головой, иди, иди! Не мешай работать!
И тролль, сосредоточено уставившись в экран, не глядя, налил себе чашку кофе и залпом выпил, налил еще одну и принялся медленно жевать бутерброд с колбасой. Не успевший позавтракать Пыпырыжка подошел поближе и схватил парочку бутербродов. Кобальд, увлеченный перестрелкой, этого не заметил. Вскоре бутерброды, не без помощи бомжика, были уничтожены, и тролль принялся за пряники.
Так прошло полдня. Кобальд, все это время так ни разу не оторвался от игры. Но вдруг зазвонил телефон.
– М-дя, Генрих Кобальд у аппарата, – с важностью произнес в трубку хозяин, – кто? Пан Фантомас? Безумно рад слышать ваш голос, чем обязан? Ах, да! Совсем забыл! Хорошо, что позвонили! Значит, в половиночку четвертого? Все, как договаривались, жду!
«Значит, не смотря ни на что, он поддерживает связь с Фантомасом? Это уже интересно. Надо будет внимательно подслушать их разговор» – подумал Пыпырыжка.
А Кобальд снова вызвал прислугу. Толстуха появилась почти мгновенно.
– Марженка, чертова баба, век тебя не дозовешься! Скажи повару, чтобы приготовил шикарный обед из нескольких блюд, я жду гостя. Чтобы к половине четвертого стол был накрыт, ничего не знаю, если что не так – всех уволю к чертовой матери! – грозно приказал хозяин.
– А что, пани Дунда, придет? – поинтересовалась Марженка.
– Нет. Она вроде завтра к нам собиралась. Если я ничего не перепутал. А кто сегодня придет – не твое дело! Иди, выполняй приказ!
Из окна роскошной столовой Пыпырыжка увидел, как в ворота въехал большой черный лимузин. Из него, тщательно прикрывая лицо открытым зонтом, вышел высокий статный мужчина в дорогом норковом пальто.
Его сопровождали четыре телохранителя.
«Ага, вот и пан Фантомас пожаловал, – подумал бомжик – теперь надо держать уши востро, чтобы не пропустить ни единого слова».
После церемонных приветствий, хозяин и гость уселись за богато сервированный стол.
– Ну что ж, я вас слушаю, уважаемый пан Фантомас, я весь внимание, – сказал Кобальд, – извольте объяснить мне цель вашего визита.
– Дорогой пан Кобальд, я человек прямой и резкий. Начну с главного: я пришел просить руки вашей дочери принцессы Циделки. Слышал, что она довольно красива и уже достигла брачного возраста. Не стану лукавить, я ни капельки не влюблен, а этот союз выгоден и вам, и мне по политическим и экономическим соображениям. Уверен, что вы это понимаете и не откажитесь отдать за меня свою дочь. Она будет жить в роскоши, все ее желания будут немедленно выполняться. Я надеюсь также, что она подарит мне наследника.
