Светка покрутила пузырьками, спрятала их обратно, мать так и застыла на месте и вдруг заплакала, закрылась руками. Светка со злой улыбкой наблюдала за ней, повернулась к Андрею и предостерегающе вытянула руку — не подходи.
— Ты нарочно подмешала отраву? — Он остановился в двух шагах и тут заметил, что у Светки на висках волосы другого цвета, отдают в серебро, а не желтизной. И что они жестче даже на вид, и их много, и что раньше их он тут не помнил.
— Да, а ты как хотел? — с ходу призналась Светка. — С волками жить, как говорится, по-волчьи выть.
— В чайник налила? — Андрей просто проверял свои предположения и одновременно тянул время. Почему-то казалось, что стоит ему подойти к Светке, обнять ее, и кошмар исчезнет, все вернется и станет как прежде. Светка отступила еще на шаг.
— Ага, тут уж на кого бог пошлет, выпало мамочке твоей. — Она растянула губы в улыбке, помахала свекрови рукой. — Ну, я пойду, смотрите себя в Инете, мама. И подружки ваши вам позвонят.
Она застегнула куртку, рванула «молнию» так, что треснула ткань, и вышла в коридор, принялась чем-то шуршать там. Андрей видел краем глаза, как Светка надевает кроссовки и снимает из-под груды барахла на вешалке большую сумку, видимо, приготовленную заранее, точно собирается куда-то далеко. Еле слышно зазвонил мобильник, мать вздрогнула, Светка застыла на месте, покрутила головой, пропала в полумраке. Через пару мгновений оттуда вылетела материна сумка с трезвонящим внутри телефоном, плюхнулась на кровать.
— Ловите, мама, это ваша минута славы…
— Подожди! — Мать сползла с кровати и ухватилась за стенку. — Света, не надо! Я не знала о ребенке! Матушка Рита сказала, что зелье освященное, что вы просто разлюбите друг друга и разойдетесь. Я не знала, клянусь! — кричала она в коридор. — Светочка, прости меня.
Она оступилась, плюхнулась на кровать и зарыдала, прижала кулаки к груди и смотрела то в темноту коридора, то на сына.
— Ты что натворила? — Голос подвел, сорвался, Андрей кое-как выдавил из себя эти слова. — Ты соображала? Зачем?!
Казалось, что орет во всю глотку, а сам шипел придушенно, точно кто за горло держал. А заодно и нос зажал, и рот: воздуха не хватало, перед глазами все плыло, стены и потолок пропали в полумраке.
— Вот теперь точно все. — Андрей повернулся на голос. Светка стояла на пороге одетая, с большой сумкой на плече, веселая, она точно выше ростом стала. Усмехнулась, глядя на свекровь, посмотрела на Андрея.
— Квартира мне твоя не нужна, забирайте и подавитесь. Я сама подала на развод, заседание послезавтра, нас разведут без проблем, детей-то нет. Счастливо оставаться.
И моментально исчезла из виду, как растаяла в воздухе, даже дверь не скрипнула, даже ключ в замке не загремел. Мать невидяще глядела в коридор, слезы текли у нее по лицу, капали на плед. Андрей вышел следом за Светкой, споткнулся о чемодан, оттащил его в сторону, схватил с вешалки свою куртку.
— Андрей, ты куда?! — выкрикнула мать.
Он вернулся. Та медленно шла ему навстречу, пошатывалась, держалась одной рукой за стену, вторую прижимала к груди.
— Прости, Андрюша, — гнусаво бормотала она, — я же не знала. Я как лучше хотела, Света тебе не пара, она тебе не нужна. Но я не знала, я не думала, что будет вот так, честное слово…
— Я человека убил, — неожиданно спокойно сказал Андрей, — двух человек.
Кроме рейдера, что по дури не поставил «макарова» на предохранитель, вспомнился еще тот, в магазине. Ему было достаточно дать сладкого, хоть шоколадку, хоть газировку, и человек выжил бы, но из толпы об этом никто, кроме Андрея, не знал. Получается, двое по его вине умерли. Да, двое.
Мать замерла у стенки, прижалась к ней и вдруг перекрестилась.
— Двоих убил. Убил из-за этой квартиры. Я тоже убийца, как и ты.
Мать уставилась на него, попыталась что-то сказать, но зашлась в кашле. Она вдруг погрозила сыну пальцем и прокаркала, с трудом выговаривая слова:
— Я никого не убивала! Никого!
