- А? - посмотрела на него. - Нет, я вообще без понятия, что он говорит, - продолжила рассматривать кинжалы.
Воин тем временем наблюдал.
- Да зачем ему вообще оружие? - начал Адриан. - Он и своим видом неплохо устрашает. Какой дурак на него пойдет?
- Слушай, - взглянула на него Ванда, - если ему надо - пусть берет. Может ему для охоты.
- Если для охоты, - продолжил продавец, - то у нас довольно много разных ножей, кинжалов и тесаков, - жестом позвал покупателя за собой и привел к стеллажу с короткими клинками.
Тот начал осматривать длинные ножи. Взял один, покрутил, подержал в руке.
- Кстати, - обратилась девушка к зачарованному, - а тебе что-то такое не нужно? Пока есть возможность - выбери.
- Ну, если можно… - направился к тому же сталлажу.
Тоук быстро осмотрел клинок и поставил на место, осмотрелся. Адриан наоборот очень заинтересовался и начал спрашивать продавца обо всем подряд. Так как с этим покупателем разговор шел значительно легче, то и юноша увлекся. Воин тем временем отошел в другой конец магазина. Топоры были найдены. Взял один, другой, третий. Этот лучше всего лежал в руке. Подбросил, заставив обернуться в воздухе, поймал и с размаху метнул его в дальнюю стену. Топор попал в доску не сильно выше продавца. Юноша застыл от ужаса, самой макушкой чувствуя, что в 30-ти сантиметрах над ним торчит боевой топор в стене. Тоук подошел, спокойно вытащил оружие и подошел с ним к девушке. Продавец еще отходил от шока. Адриан же, сам испугавшийся такой внезапности, возмущенно посмотрел на громилу: - Ты че делаешь?
Тот обернулся:
- Комэ́ ин до́ка. Ин сикаро́фи. О’ни ке́рас ки́тра хо́ри, - протянул топор девушке. - А тори́кс. (Ничего не случилось. Не переживай. Мне надо было попробовать его. Я выбрал.)
Зачарованный оставался в шоке.
- Мой знакомый определился, - посмотрела Ванда на продавца. - Сколько стоит этот топор?
- Три золотых, - заторможенно обернулся. - Он чуть не убил меня…
- Заплачу еще один золотой за это недорозумение. Хорошо?
- Хорошо… - волоча ногами поплелся к прилавку.
Тоук, наблюдая это, спокойно начал:
- Сока́ма, ин фра́с си-ка́ро си хара́к. (Извините, не думал, что так напугаю.)
Ванда расплатилась. Деньги отправились под прилавок.
- А Вы? - посмотрел продавец на Адриана. - Будете что-то покупать?
- Да, - взял кинжал и подошел, положил его на прилавок. - Вот этот.
- 2 золотых и 6 серебряных монет, - посмотрел на девушку.
Та снова достала и протянула деньги, посмотрела на знакомых:
- Это все или еще что-то надо?
Юноша и это спрятал под прилавок. Тоук тем временем крутился вокруг себя и искал место на штанах, куда же деть этот топор. Девушка, осмотрев эти потуги, снова обратилась к продавцу:
- А у вас есть какие-то ножны специально для этого всего? - указала на знакомого.
- Есть петля ремнем на пояс.
- Давайте и ее ещё.
- Это будет еще плюс три серебряных.
- Хорошо, - кивнула.
- Тогда подождите, я ее сейчас найду, - спустился на корточки и начал искать под прилавком, среди кучи разных кожаных чехлов.
Вскоре достал, протянул, обменял на деньги и распрощался с покупателями которых он вряд ли когда забудет. Выйдя, Тоук все надел и повесил, посмотрел на девушку и снова оставил отпечаток большого пальца прямо на ее лбу. Ванда все равно не поняла почему он это делает. Пошли на рынок. Ко всеобщему ужасу, они наткнулись на картину, которую им точно не надо было видеть в присутствии этого воина. Уже ближе к центру, на обочине стояла лошадь, что все не хотела идти и только брыкалась, вырывалась и пятилась под наездником, что раздраженно пытался приструнить ее ударами розги. Лишь услышав это ржание и вскоре увидев все пытки над животным, Тоук помчался к этому наезднику. Мужчина почти обрадовался, заметив перед мордой зверя человека, что усиленно пытался успокоить кобылу, однако его надежды быстро трансформировались в возмущение и злость, когда незнакомец схватил узду и разрезал ее ножом, тем самым освободив рот копытного. Адриан, наблюдая за этим, был шокирован и откровенно напуган перспективой наказания всей троицы за такую глупость. Наездник казался богатым, однако воина это вообще не волновало. Он начал просто резать все ремни на теле священного животного и освобождать его от этой тирании сверху. Наездник возмущался. На эти крики начали обращать внимание. Прохожие оборачивались, смотрели, но вмешиваться никто не спешил. Перерезав ремень на животе кобылы, наездник тут же свалился с другой стороны и прямо в грязь, заляпав ею весь свой дорогой кафтан. Улица заполнилась смехом. Тоук сбросил все вещи к этому самому владельцу и быстро вернулся к морде животного. Коснулся своим лбом его, похлопал по шее и благословил на свободу, отошел. Кобыла тут же устремилась далеко вперед. Улица все еще была заполонена смехом над этим неудачливым землевладельцем.
