Я понимающе усмехнулся и выглянул следом. Путь до туалета, что находился буквально через пару дверей до лаборатории был отмечен корчившимися на полу мухами, тараканами и одним видимо случайно мимо проходящим графтом. Последний, заметив меня все же поднялся с пола и, зажав рот руками, спешно последовал за Гоймерычем. Не успел он скрыться за дверью места «раздумий, мечтаний и великих планов» как там что-то звонко хлопнуло, запахло приторно сладким, а затем из-за двери появилась… розовая поняшка с крыльями и грустными глазами. Посмотрев на меня взглядом полным страдания, она икнула, выбросив в воздух небольшую радугу и, цокая копытами, как-то на раскоряку удалилась вдоль по коридору, исчезнув за его поворотом.
— Да уж, какой-то непредвиденный результат эксперимента получился, но записать надо, ибо любой результат, — он все рано результат.
Эээ. Откуда. Он же туда… а уже здесь и… блин, пофиг, эта академия вообще место для меня загадочное, несмотря даже на то, что я уже ни один год провел в её стенах. А уж про то «пошел туда, а оказался там» сам знаю не понаслышке, к тому же Гоймерыч все же маг… Ладно, проехали.
— Это кто был? — шепотом поинтересовался я, закрывая за собой дверь.
— Графт, — растерянно бросил завуч, беря с полки небольшую тетрадь в цветастой обложке и ручку.
— В смысле?
— А вас что-то смущает? — удивился наш «Энштейн».
— Ну, — я немного замялся. — Как бы тот графт что зашел за вами был, так сказать, мальчиком, а это крылатое чудо — кобыла.
— Да? — Гоймерыч на секунду задумался, воздев глаза к потолку, затем пожал плечами. — Бывает. Ничего, побегает пару дней на лужке и вновь станет прежним. Однако какой интересный результат вырисовывается.
Он раскрыл тетрадь и быстро принялся покрывать её девственно чистые страницы своими загадочными закорючками, изредка продолжая восклицать про удивительность эксперимента, поминая при этом «добрым» словом переменную Бергиоза в завихрении поля Маргулиса. Я пока решил его не отвлекать, а усевшись на стоявший неподалеку стул по привычке принялся рассматривать висевший на стене старенький плакат с плюгавым очкастым магом и томной девицей тянущей руки к ящику стола. Маг стоял, раскинув руки и всем своим видом показывал, что «низя», а девица обвила его шею одной рукой полуголую ножку сунула куда-то промеж его трясущихся колен и, давя тяжелым грудным авторитетом, пыталась упорно дотянуться до вожделенного ящика.
— Ярослав Сергеевич…
Я с трудом вынырнул из очередных размышлений о возможном содержимого таинственного ящичка и вопросительно посмотрел на Гоймерыча.
— Значит так, — сказал он, закрывая тетрадку и откладывая её в сторону. — У нас тут небольшая проблемка.
Блин. Неожиданно, правда? Удивил уж так удивил — gроблема. А по иным причинам меня вообще редко вызывают. В последнее время вообще такое впечатление, что я не учитель труда, а МЧС, ну или там спасатель Малибу….хотя не, там у них было много красивых девчонок в купальниках, а у меня….На миг перед глазами встала картина на которой был пляж, волны, солнце и куцый строй спасателей в красных трусах и купальниках с поплавками в руках….когда видение дошло до моей обольстительно улыбающейся домоуправительницы, то испуганно моргнуло и погасло а я чуть не навернулся со стула.
— И какая? — быстренько поинтересовался я, старательно стирая из воспоминаний остатки вышеуказанной фантазии.
— Артисты.
— Что артисты? — не понял я.
— На выпускном должны были выступать артисты. Музыка там, песенки, даже какая-то межмировая знаменитость должна была заглянуть.
— Ииии? — потянул я с нехорошим подозрением в голосе.
— Не приехали, — подтвердил его Гоймерыч. — Отказались в последний момент. Мы конечно договорились с новыми, но поезд прибудет только через восемь дней, а…
— А первые выпускные начнутся через семь, — закончил за завуча я, мысленно проклиная того, кто придумал устраивать это празднество в течении нескольких дней.
Первый день значит поздравляют один класс, затем другой, опосля третий и в конце обще академический бал.
— Так, значит нужно продержаться один день, — задумчиво пробормотал я. — И, как я понимаю, сие задание поручают мне.
— Полтора дня, — поправил меня завуч. — А в остальном верно. Кстати, это личная просьба Христофора Архиповича.
Вот ведь блин, знают ведь, что нашему ректору я отказать не могу. Не знаю почему, но самой нашей первой встречи этот забавный старикан, постоянно не расстающийся со своей длинной трубкой и вообще всем своим видом напоминающий самого настоящего волшебника из детских, сказок мне нравиться. Он словно родной дедушка, которого я в реальности никогда не знал, приходишь к нему в кабинет и сразк как-то спокойно и уютно, а этот всё понимающий взгляд из-под кустистых бровей. Блин, так и хочется уткнуться в пахнущую дымом мантию, поплакаться и обязательно пустить сопельки, а еще чтобы по голове погладили….
