Р' Косово стоят миротворческие силы ООН. Но кто-то упорно не желает, чтобы на территории бывшей Югославии находились «голубые каски». Отлично подготовленные снайперы отстреливают миротворцев одного за другим, невзирая на РёС… национальность. Офицер Французского Р
Моим друзьям посвящается
И опять здравствуй, мой дорогой, многократно проверенный, а потому уже родной читатель! Вот и опять мы встречаемся с тобой, и надеюсь, что не случайно. А скорее всего потому, что тебе стала небезразлична судьба нашего с тобой героя, простого одесского парня Проценко Андрея. Орденоносного боевого капитана-пенсионера прославленного Отряда специального назначения «Витязь», Крапового Берета, известного в узких военных кругах как Филин. В своем давнем прошлом... А в прошлом ближайшем... Легионер Французского иностранного легиона, успевший всего за неполных два года вырасти от рядового легионера до лейтенанта, стать кавалером ордена «Военный крест (за боевую операцию)» и ордена «Святого Георга с мечами» и получить из рук живой легенды легиона, бригадного генерала Огюста Жерарди, легендарного Паука, Малиновый Берет. Огромная честь, надо признать, ибо берет этот означает, что его обладатель достиг наивысшей ступени воинского мастерства, как и обладатель нашего, Крапового!.. Андрей, а для французов Ален Фэрри, стал тогда «семьдесят седьмым». Из действующих легионеров, имеющих право носить такой берет.
Что ж! Как говорят французы – «La marche, en avant!», или по-нашему: «Марш, вперед!»
Вперед! По следам, оставленным на дорогах войны. По следам Филина...
Ах, как же они его встретили!!! Весело и беззаботно! Они... Андрей и его Иришка! И о чем было еще думать, о чем мечтать, если его СЧАСТЬЕ было вот оно, прямо здесь и сейчас, рядом с ним – улыбающаяся, беззаботная и, наверное, счастливая, его жена, его любимая Иришечка Бокова...
Он смотрел на нее и понимал, что, наверное, именно ради нее он и топтал так долго своими ногами военные тропы... Только теперь, когда ему исполнилось 40, когда абсолютно все его сокурсники по училищу уже давно были подполковниками, а кое-кто и полковником, из тех, кому удалось дожить до этого возраста, а именно теперь он понял, для чего столько было пройдено и пережито. И два вынужденных, «добровольных» плена... И бесконечные скачки по горам, джунглям и пустыням земного шарика. А сколько их было! Афганистан, Фергана, Кавказ, Нигерия, Зимбабве, горящее в межнационально-религиозной бойне Косово, Боливия, опять Афганистан, Кот-д’Ивуар... И четыре клинических смерти, пережитые в этих «походах»... И награды... Одни из самых уважаемых в среде тех, кто в них хоть что-то понимал... И два Краповых Берета... И исполосованное шрамами тело до такой степени, что он, как девка-малолетка, стеснялся раздеться на пляже...
А большие душевные потери?! Его мытарства, его не просто кошки, а здоровенные львы на душе, которые скребли своими когтями и рвали на части его душу пополам!..
Его дети, живущие так далеко... Дочка Машенька, которая собиралась стать офицером-переводчиком израильской армии. В свои семнадцать лет она свободно владела шестью языками!
Максик!.. Его Максим... Пятилетний бутуз. Умный не по годам, сильный и смелый до безрассудства... Все зовущий его, Андрея, своего папу, жить вместе с ним...
Только теперь он понимал, что все это было не зря! Что все это имело смысл не просто в том, что «кто-то должен делать и эту работу!», а в неком пути познания, преодоления и... Приобщения и обретения... Он обрел счастье!.. Он обрел свое неземное счастье, которое носило земное имя – Ирина...
Он был счастлив!
Только вот... Ничего не мог поделать со своей памятью! И рад был бы забыть, но... Что-то все время напоминало ему о прожитом. Что-то не давало покоя...
И он раз за разом окунался в эти беспокойные волны. Раз за разом вновь, как тогда, как в первый раз, переживал все, что видел, слышал и делал...
