– Не знаю. Лидия говорила, что он был ребёнком, но сколько именно ему было лет, она не говорила. Во всяком случае, что-то подсказывает мне, что он был не младенцем, а скорее подростком или отроком, поэтому вполне мог принять осознанное решение и оставить фамилию отца.
– Вы правы. Диана Юрьевна, может, вы всё-таки сможете вспомнить хотя бы что-то, касающееся сына вашей подруги?
– Увы! Ничем не могу вам помочь. Я понятия не имею, что с её сыном и где он теперь. Хотя…
– Что?! – стремительно ухватилась Мирослава за обронённоё Чулковой слово, точно за кончик ускользающей ниточки.
– Я тут подумала, что…
– Ну же!
– Хотя я не знаю, пригодится ли вам это…
– Вы скажите, а я сама решу.
– Короче, Лида куда-то засунула свою новую губную помаду, долго рылась в сумочке, а потом взяла и высыпала всё её содержимое на стол. Губной помады там не оказалось. Но когда она стала складывать всё обратно, я увидела визитку, которая привлекла моё внимание. Я спросила у Лиды, что это. А она ответила, что это визитка одного хорошего детектива. Помню, что я удивилась и спросила, зачем ей понадобился детектив. Лида внезапно стала грустной-грустной и ответила, что детектив поможет ей выяснить правду в отношении одного близкого ей человека. Тогда я почему-то не заострила на этом внимания. А теперь вот подумала, возможно, Лида пыталась отыскать своего сына?
– Вы, конечно, не запомнили фамилию детектива?
– Не запомнила, – ответила Чулкова, а потом почему-то рассмеялась.
Мирослава посмотрела на неё недоумённо, и Чулкова поспешила объяснить:
– Вам повезло!
– То есть?
– Лида вручила визитку мне, сказав: «Вот, возьми! Может, и тебе пригодится».
– И вы не выбросили её?
– Нет. Положила в шкатулку с другими документами.
– Вы могли бы мне её показать? – спросила Мирослава с замиранием сердца.
– Не только показать, но и отдать, – лукаво улыбаясь, ответила Чулкова.
Женщина вспорхнула с кресла и исчезла в другой комнате.
Детектив сидела так тихо, что было слышно шуршание и звуки шагов из другой комнаты. Мирослава старалась не считать секунды.
Наконец Чулкова вернулась, подошла к детективу и протянула пластиковый прямоугольник.
– Держите!
– Спасибо. – Мирослава бросила взгляд на визитку – «Сапунов Юлиан Дмитриевич – частный детектив». И убрала её в карман.
Заметив, что Мирослава не собирается покидать её, Чулкова спросила:
– Ещё что-то?
– Да. Не было ли у Лидии Ильиничны каких-то родственников?
– Следователь тоже спрашивал об этом, – не торопясь, проговорила женщина.
– И что же вы ему ответили?
– Что Лидия ни с кем из родственников отношений не поддерживала.
– И он удовлетворился этим ответом? – скрывая иронию, спросила Мирослава.
– Да, – кивнула Чулкова и добавила с уверенностью в голосе: – И я думаю, что он поступил верно.
Мирослава оказалась намного дотошнее Наполеонова и спросила:
– Но они всё-таки были?
– Были, – кивнула Чулкова.
– И кто же?
– Сестра, Светлана Ильинична Арзамасова.
– Вы хотите сказать, что у Реваковой была родная сестра? – не скрывая интереса, спросила детектив.
– Почему была? – фыркнула Чулкова. – Я не сомневаюсь, что она и сейчас есть.
– Почему же сёстры не общались?
– Об этом Лида мне не говорила.
– И ещё! Вы сказали, что после развода Лидия Ильинична взяла свою девичью фамилию. Тогда почему сестра не Ревакова?
– Потому что она после развода не возвращала себе девичью фамилию.
– То есть Светлана Ильинична тоже разведена?
– И даже более! – воскликнула Чулкова.
– Что значит более?
– Она вышла второй раз замуж, за итальянца. И живёт в Италии.
– Если Лидия Ильинична не общалась с сестрой, то откуда всё это известно вам?
– От Лиды, разумеется, – усмехнулась женщина.
– То есть?!
– Я думаю, что Лидия продолжала отслеживать судьбу своих близких родственников.
– Зачем?
– Это мне неведомо, – ответила Чулкова и грустно добавила: – А у Лиды теперь ни о чём не спросишь.
– Что ж, если Лидия Ильинична рассказывала вам о своей сестре, то, может быть, она упоминала и о наличии или отсутствии у неё детей?
– У Светы дочь от первого брака – Татьяна Михайловна Арзамасова.
– Выходит, у Реваковой имелась родная племянница, – задумчиво проговорила Мирослава и констатировала: – И вы не рассказали о ней следователю.
– Я вам уже объяснила почему, – недовольно дёрнула плечом Чулкова.
– Да-да, я помню. Но, согласитесь, что это всё-таки странно.
– Не соглашусь, – сердито заёрзала на кресле Диана Юрьевна. – И повторяю вам ещё раз! Он, ваш следователь, не выспрашивал подробностей. А Лидия если и следила за сестрой и племянницей, то только издали! Я уверена, что родственники об этом даже и не подозревали!
«Не исключено, что слежку за семьёй сестры осуществлял всё тот же Сапунов Юлиан Дмитриевич», – вспомнила Мирослава о коллеге, визитная карточка которого лежала у неё в кармане.
– А Татьяна Михайловна Арзамасова тоже живёт в Италии? – спросила она всё ещё сердящуюся на неё Чулкову.
– Нет! Она живёт здесь! По крайней мере, когда Лида упоминала о племяннице последний раз, то, как я поняла, она случайно увидела её на набережной.
– И не подошла к ней?
– Нет.
– А Татьяна?
