- Юлиан терпелив и умеет ждать. Ты же знаешь его. И все это время он ждал, пока ты проснешься. Лео же необходима была забота. Лолита его соблазнила именно этим. Он просто пытался тебя заменить ею.
- У него это получилось.
Валери погладила меня по руке:
- Мне очень жаль, что так все у вас вышло.
- Мне тоже. Я сама в этом виновата.
- Нет, не говори так.
- Ты не переубедишь меня. - Я притянула ее к себе и обняла. - Если бы я не заснула, все было бы по-другому.
Она не стала со мной спорить - какая умничка.
- Наступает рассвет, тебе нужно ложиться.
- Да, пора, - согласилась я, уже чувствую давящую тяжесть в груди.
Валери всегда засыпала позже меня. Она выбралась из гроба и наклонилась ко мне:
- Я рада, что ты снова с нами, мама.
Я взяла ее лицо в ладони и запечатлела на щеке поцелуй:
- Сладких снов, дорогая.
Валери мне улыбнулась, закрывая крышку гроба.
Дерзкий сон
Сделав последний вздох, я погрузилась в сон. Мне хотелось забыться, расслабиться и ни о чем не думать. Просто спокойно плыть по течению времени. И у меня это получалось, несмотря на попытки Юлиана и Лео пробиться в мое сознание.
Но неожиданно, все вокруг приобрело реальные очертания. Сначала я не могла понять, что происходит. Меня словно бросили в море, липкое и сладкое на вкус. Я вынырнула на поверхность, и оказалась, что сижу в широкой ванной, переполненной кровью, которая выливалась через края, капая на черный кафельный пол. На мне ничего не было из одежды, и вязкая жидкость окутывала все тело. Я испугалась, испугалась того, чего не могла понять: как кто-то мог проникнуть в мое сознание, когда оно закрыто для всех?!
Вокруг ванны были расставлены горящие свечи. Я оглядывалась по сторонам, пытаясь кого-то увидеть, но безуспешно. Казалось, что здесь нахожусь я одна. Только этого быть никак не могло. Не появилось же это все само собой?
Вдруг, к спине кто-то прильнул и задрожал. Я хотела обернуться, но не смогла пошевелиться, а могла лишь чувствовать, как по телу блуждают чьи-то чужие руки. Это не был ни Лео, ни Юлиан, и я даже не имела представления, кто это был. Одна рука скользнула к груди, другая к бедрам, нежно и ласково поглаживая кожу. Влажные губы припали к шее, слизывая кровь. От таких ласк я задрожала в ответ. Я хотела, чтобы это прекратилось и продолжалось одновременно. Тело отказывалось меня слушать, повинуясь чужим нежностям.
Мои глаза закрылись, будто помимо моей воли. Этот наглец перевернул меня к себе лицом. Я попыталась взглянуть на него, но ничего не вышло - веки совсем не слушались. Во сне он управлял моим сознанием и телом, и явно не хотел, чтобы я видела его лицо. Не владел он только ощущениями. Мои ноги обвили его торс, а руки обняли за шею - мужчина оказался немалый. Его широкие ладони не прекращали исследовать мои изгибы, заставляя поддаваться. Язык продолжал слизывать кровь, теперь уже с груди и живота, и я растворялась в этих томительных ласках. Рот прикоснулся к моему, требовательно и настойчиво, и я застонала, а в ответ, словно эхо, услышала хриплый стон мужчины.
И не знаю как, но мне удалось-таки открыть глаза. Я отпрянула, и по телу холодом пробежал ошеломляющий испуг - на меня смотрели серые глаза, глаза Серафима.
Сон внезапно растаял, как дымка. Я закричала, выныривая из него, и села, откинув железную крышку гроба. Меня трясло, и было тяжело дышать. Я никак не могла прийти в себя, после такого странного сна. И не могла поверить в то, что увидела в нем именно Серафима.
- В чем дело? Почему ты кричала? - вбегая в комнату, испуганно спросил Юлиан.
- Все в порядке. Просто приснилось.
Он подскочил ко мне и обнял за плечи.
- Что приснилось? Ты вся трясешься.
- Юлиан, я не хочу об этом говорить. Ничего страшного.
Нужно было сейчас же взять себя в руки. Я не могла ему рассказать о том, что Серафим ворвался ко мне в сон. И тем более, какого рода был этот сон. Юлиан обнимал меня, пока я успокаивалась, и больше не задавал вопросов, но по лицу было видно, насколько он озадачен.
- Помоги мне встать, - успокоившись, попросила я.
Почему-то, мое тело было очень тяжелым, словно налитым свинцом.
- Марго, до заката еще три часа. - Юлиан заглянул мне в глаза, хмуря брови. - Что так напугало тебя, что ты проснулась раньше, чем нужно?
Сложно передать, как сильно я удивилась. Такого со мной еще не случалось. Я была немного напугана, но больше всего ошеломлена. И из-за такого потрясения даже проснулась раньше времени. При большой необходимости некоторые вампиры способны бодрствовать и днем. Юлиан это мог делать совершенно спокойно. С помощью Юлиана я тоже так могла. Только это было не так просто - необходимо прилагать некоторые усилия, и тело требует постоянной сосредоточенности, поэтому обычно мы не пользуемся этой возможностью. Нам было достаточно и долгой вереницы ночей.
Юлиан попытался заглянуть в мои мысли, но я оттолкнула его:
- Я же сказала, что не хочу говорить об этом.
- Прости, я просто беспокоюсь за тебя. Захочешь, позже расскажешь сама.
