- В чем дело? - Юлий посмотрел на подошедшего, скривив губы, немного сползя вниз по стулу, чтобы устроиться поудобнее, и скрестил руки, чтобы разогнуть свои массивные бицепсы. - Я был бы очень осторожен, сынок, стоя там с таким лицом, будто у тебя есть еще одно лишнее. Если ты пришел за порцией тумаков, то я готов оказать тебе эту услугу, учитывая ту глубокую радость, которую я был вынужден сегодня доставить своим людям.
Центурион легиона покачал головой, аккуратно отдав честь, когда заговорил.
- Ничего личного, примипил. Но я не мог не услышать ваши комментарии о моей когорте, и мне просто захотелось вам кое-что объяснить .
Юлий скучающе приподнял бровь, глядя на своих собратьев-офицеров.
- Вы хотите услышать эту печальную историю?
К удивлению Марка Дубн кивнул, его лицо внезапно стало серьезным.
- Почему бы и нет? С тех пор, как мы были здесь в последний раз, произошло много событий, и, учитывая, что мы идем на север, чтобы поставить свои члены на плаху, я хотел бы услышать, что нам скажет здешний центурион. Если тебе не нравится то, что он говорит, тебя никто не держит, ты можешь как обычно – отвалить и потихонечку испариться . - Он повернулся к центуриону местного легиона, подмигнув своим друзьям. - Присаживайся, брат, и выпей чашку этого превосходного пива, пока этот идиот за прилавком потрудится принести нам новую порцию.
Центурион слегка улыбнулся.
- По крайней мере, я могу с этим помочь. Он щелкнул пальцами, чтобы привлечь внимание прислужника, и повелительно крикнул. – Эй, там, два кувшина пива, и сделай это побыстрее, или я поболтаю с твоим начальством, и ты займешься перемещением дерьма с одного места на другое, а затем обратно с помощью самой маленькой но тяжелой лопаты, которую ты когда-либо видел!
Когда пиво было быстро доставлено и разлито, он сделал глоток, а затем наклонился вперед, понизив голос, чтобы его слова не услышали его товарищи..
- Я Талло, Третья Центурия. Ты прав, примипил, наш трибун всего лишь мальчишка, но даже если он хотел сделать что-то большее, чем просто держать местных жителей в узде, его приказы не обсуждаются. Если мы выйдем из форта без приказа нового легата, то он окажется настолько глубоко в дерьме, что будет дышать через тростинку. А что до мужчин…
Он вздохнул, покачал головой, затем вопросительно поднял брови, глядя на Дубна.
- Вы представляете весь тот кошмар, который мы испытали, учитывая, что мы командуем центуриямии, состоящими в основном из местных мальчишек, которым мы должны приказывать начать убивать свой собственный народ? Ну, для меня это не такой уж кошмар, потому что мои ребята уже прошли через это. Когда бриганты восстали, мы были частью трех когортных войск, которые были отправлены на юг, чтобы убедиться, что эти наглые ублюдки не сделают каких-нибудь пакостей и не подожгут Тисовую Рощу , в то время как остальная часть легиона уж больно долго убеждалась, что стены фортов не захвачены. Трех когорт, конечно, было недостаточно, нам нужен был полный легион, чтобы выполнить работу должным образом, но, учитывая, что мы были теми, на ком можно было сэкономить, легат приказал нам сделать все возможное и поручил это самому опытному из его трибунов, человеку , имеющему опыт германских войн и крепким характером.
Талло сделал еще один глоток пива, понимая, что он полностью сосредоточил на себе внимание тунгров.
- Сначала все было немного нерешительным. Бриганты были напуганы до смерти, когда осознали все последствия того, что они сделали, а это означало, что по большей части они убрались подальше от нашей маршевой дороги, а все наши парни были немного ошеломлены поворотом событий, в котором участвовали их собственные соплеменники, сжегшие фермы и поубивавшие местных, но только когда мы добрались до Матросского Городка (Sailor's Town), мы поняли, насколько серьезно была ситуация на самом деле. Мы довольно хорошо представляли себе возможности вспомогательных сил, базировавшихся в тамошнем форте, учитывая, что за прошедшие годы мы несколько раз промаршировали вверх и вниз по дороге из крепости Тисовая Роща (Yew Grove), поэтому, когда мы подошли примерно на милю к месту, оно выглядело довольно прискорбным.
Он снова выпил, его глаза встретились с взглядом тунгров через край кружки.
