— Но вырезать эльфов — дело еще более святое. Если тебе понадобятся еще бойцы — дай знать. Сейчас у меня есть пара гнезд с переизбытком клинков, мне надо позволить им спустить пар, и, желательно, на стороне. Так что имей в виду.
— Поимею, — я посмотрел на солнце через тонкое стекло бокала, окрасившее вино в рубиновый цвет. — Но пока для того, что я задумал, нужна четверка. Желательно лучшая.
— Клыков, самых лучших, я тебе не отдам, они моя личная охрана. А вот четырех Когтей ты получишь. Они лучшие после Клыков.
— Не тех, которые были с нами на Гравии? Они не в восторге от нашего знакомства.
— На их эмоции мне насрать. Они мои рабы в переводе на ваши понятия, — оскалилась Илени. — И, если я прикажу им убить себя, они это сделают.
— Этого не потребуется, но главное, чтобы они выполняли мои приказы как твои. В тылу эльфов не будет время на пререкания и членомерство.
— Тем более, отношение стриго к тебе сегодня сильно изменилось в лучшую сторону, так что за их лояльность можешь не переживать. Хочешь, могу заставить их дать тебе Клятву Крови? — она подняла бокал.
— Я думаю, твоего приказа будет достаточно.
— Это точно. А то свяжу еще вас слишком крепко. Клятва Крови священна, за нее умирают не думая. Тобой же рисковать не хочу — а то дадут в следующие напарники хрен знает кого. С этих убогих ящериц станется.
— Не бойся, твои бойцы — мои бойцы, я разницы не делаю. Сделаю для них все, как для своих.
— Я знаю. Поэтому и доверяю тебе их плоть и кровь. Поверь, такого я не припомню, чтобы бойцы стриго сражались для людей и за людей. Даже при наличии общего кровного врага.
— Многое изменилось, Илени. Очень многое. И еще поменяется. Перемены идут косяком. И хотим мы того или нет, все меняется.
— Знаю. Но к добру или нет сказать не могу. Ты тоже изменился. Где тот молодой солдат, которого я увидела в темнице Мгеба? — усмехнулась она.
— Там же, где и молодая стриго с авантюрным складом характера. В темнице Мгеба и остались.
— Туше, — подняла ладони она. — Но я изменилась сильнее. Жду теперь, когда ты королем станешь.
— Не хочу, — сказал я. — Точнее, если честно, немного хочу, но не слишком. А вот с нынешним монархом у меня кровные счеты. Но я их сведу не простым убийством во дворце, а разрушив все, что он создал.
— Точнее, разрушил. Он не создал ничего. Убил своих, отдал врагам исконные земли, изуродовал государство...
— Вот и исправляем, как можем. А для начала, я думаю, надо будет нанести визит ушастым, чтобы не чувствовали себя слишком вольготно.
— Ладно. Если ты готов, будем смотреть кандидатов, — она позвонила в колокольчик и сразу же около нее возник дворецкий.
— Что желаете, Великая Мать?
— Скажи Верделину, чтобы через полчаса он собрал самых достойных Когтей в Зале Первой Крови, — приказала Илени. — Я буду лично.
— Слушаюсь, Великая Мать, — дворецкий как всегда отвесил поклон до земли, затем молча удалился.
— Ну вот, твое желание я исполнила, — подмигнула она. — Давай теперь выпьем за Равновесие. И за нас.
— Вторая часть мне нравится больше.
И бокалы тонко зазвенели.
Зал Первой Крови, куда меня привела Илени, больше напоминал тренировочный. Толстые плетеные маты на полах, расставленные всевозможные пыточные орудия из дерева, посеченные когтями и прокушенные клыками. Бедный местный завхоз, ему это все менять...
Три десятка стриго выстроились у стены. Ранжир, правда, не просматривался — они все были одного роста и комплекции, высокие и накачанные. Отбор свое дело делал, примерно так у нас отбирали в Президентский полк.
— Великая Мать, Когти по вашему приказанию построены, — согнулся в поклоне их главный, стриго постарше и поопытнее. Это видно было по его ауре.
— Спасибо, Клык Верделин, — поблагодарила Илени. — Итак, слушайте. Вас выбрали для выполнения очень важного задания в тылу нашего исконного врага. Мне нужны добровольцы. Кто согласен — шаг вперед!
Впечатление было такое, как будто придвинулась стена. Вся шеренга разом шагнула вперед.
— Отлично. Я передаю вас под командование этого человека. Он ваш командир и вы обязаны его слушаться беспрекословно. Моя воля. Понятно?
— Да! — разом грянули тридцать глоток.
Видать, с дисциплиной у них жестко. Никаких возражений, выражения на мордах даже не изменились. Воля — так воля.
— Выбирай! — сказала Илени. — Теперь командуешь ты.
Да, вот они, муки выбора. Я начал сканировать ауры. У этого сомнения, он мне не нужен. Этот недостаточно опытен, этот недостаточно агрессивен...
Так я прошел весь строй и выбрал только шестерых.
— Мастер Верделин, — я специально обратился к нему по-человечески, — мне нужны вот эти.
Верделин кивнул.
— Вы остаетесь, остальные свободны. Что теперь, э-э, милорд?
— Теперь? Я хочу увидеть их в деле. Пусть устроят парные поединки. Ограничения — в боевую морфу не переходить, серьезных увечий друг другу не наносить и упаси Единый, бой до смерти не устраивать.
— Принято, — кивнул Верделин. — Слышали? Полубой!
Вероятно, это было местным синонимом полуконтактного поединка. Ну что же, посмотрим!
