– Это не старый материал, – ответил Кэмбри.
– Все равно. Здесь или не здесь?
– Здесь. Вон там.
Кэмбри повел Сент-Джеймса в комнатку-закуток, и когда он открыл дверь, глазам Сент-Джеймса предстали связки газет. Он посмотрел на них, взял первую попавшуюся связку с полки и обернулся к Кэмбри:
– Вы не могли бы достать для меня ключи Мика?
Кэмбри заметно удивился:
– У меня есть лишний ключ от коттеджа.
– Нет. Я говорю обо всех ключах, которые у него были. У него ведь было несколько ключей? От машины, от коттеджа, от конторы. Вы можете достать их? Полагаю, Боскован забрал их, поэтому вам придется подыскать предлог. Они нужны мне на пару дней.
– Зачем?
– Имя Тины Когин вам что-нибудь говорит? – ответил вопросом на вопрос Сент-Джеймс.
– Когин?
– Да. Она живет в Лондоне. Мик знал ее. Думаю, у него мог быть ключ от ее квартиры.
– У Мика были ключи от полудюжины квартир, насколько я знаю его.
Кэмбри вынул сигарету изо рта и оставил Сент-Джеймса в одиночестве. Просмотрев в течение часа подшивку за последние полгода, Сент-Джеймс не узнал ничего нового, разве что руки у него стали черные. Насколько он мог судить, придуманный Гарри Кэмбри мотив, объясняющий убийство его сына, был не хуже и не лучше любого другого. Когда он закрыл дверь и обернулся, то увидел, что Джулиана Вендейл, поднеся чашку с кофе к губам, наблюдает за ним. Она стояла рядом с шумной кофеваркой в углу.
– Ничего? – спросила она, ставя чашку на стол и поправляя волосы.
– Всем кажется, что он работал над чем-то важным.
– Мик все время над чем-то работал.
– И все из его проектов попали в печать?
Джулиана свела брови вместе, и между ними появилась неглубокая морщинка – единственная морщинка на гладком лице. Из разговора с Линли пару дней назад Сент-Джеймс знал, что Джулиане уже за тридцать, но выглядела она моложе.
– Не знаю, – ответила она. – Я не всегда знала, над чем он работает. Но меня бы не удивило, если бы он набрел на что-то и не довел дело до конца. Ему часто казалось, что он напал на что-то, что может продать в Лондоне. Но этого ни разу не случилось.
Сент-Джеймс и сам уже все понял. Доктор Тренэр-роу сказал, что Мик интервьюировал его, однако ни одного материала по этому поводу Сент-Джеймс не обнаружил в газетах. Он сказал об этом Джулиане Вендейл.
Она налила себе еще кофе в чашку и сказала не поворачиваясь:
– Ничего удивительного. Мик, вероятно, думал, что сможет представить его этакой матерью Терезой – корнуоллский ученый посвящает себя спасению чужих жизней, – а оказалось, доктор Тренэр-роу не лучше всех нас, грешных.
Или, подумал Сент-Джеймс, потенциальный сюжет был наживкой, чтобы получить интервью у доктора Тренэр-роу и собрать информацию, а потом передать ее вместе с телефоном Тренэр-роу попавшей в беду подруге.
Джулиана продолжала:
– Это его стиль. Он всегда так работал с тех пор, как вернулся в «Споуксмен». Думаю, он искал сюжет, чтобы сбежать отсюда.
– Ему не хотелось жить тут?
– Для него это был шаг назад. Ведь он был свободным журналистом… Правда, у него не очень получалось. А потом заболел отец, и ему пришлось вернуться, чтобы держать на плаву семейный бизнес.
– Вам это было не по силам?
– По силам, конечно. Но Гарри хотелось, чтобы Мик взял газету в свои руки. Подозреваю, ему хотелось навсегда вернуть Мика в Нанруннел.
Сент-Джеймсу показалось, что он понял, о чем мечтал Гарри Кэмбри. Тем не менее он спросил:
– А какое место предназначалось вам в планах Гарри?
– Гарри считал, что мы должны работать вместе. И надеялся на лучшее. Ему было не занимать веры в обаяние Мика.
– А вам?
Джулиана держала чашку в ладонях, словно желая согреться. У нее были длинные пальцы. Колец она не носила.
– А мне нет. Когда Гарри это понял, он стал приглашать Нэнси Пенеллин в рабочие часы, а не в уик-энд.
– А что насчет развития газеты?
Она махнула головой на компьютер:
– Мик сделал попытку. Купил новое оборудование. Хотел все модернизировать. А потом как будто потерял к этому интерес.
– Когда?
– Примерно когда Нэнси забеременела. – Джулиана пожала плечами. – А когда они поженились, он и вовсе стал надолго пропадать.
– Вел расследование?
Она улыбнулась:
– Вел расследование.
***
Они шли по узкой улице к бухте. Наступило время отлива. Пять человек загорали на узкой прибрежной полосе. Возле них несколько ребятишек плескались в воде, крича от восторга, когда волна касалась их ножек.
– Узнали, что хотели? – спросил Коттер.
– Какие-то клочки, которые не укладываются в картину. Никак не могу соединить Мика с Тиной Когин и Тину Когин с Тренэр-роу. Одни предположения.
– Возможно, Деб ошиблась. Возможно, она видела не Мика.
– Да нет. Видела она Мика. Все правильно. Он знал Тину Когин. Но я не знаю, что их связывало.
– Похоже, это-то как раз проще некуда, если верить миссис Свонн.
– Ей не нравился Мик, да?
– Она ненавидела его, это так. – Коттер несколько секунд не сводил глаз с ребятишек и улыбнулся, когда девочка лет трех-четырех шлепнулась, обдав остальных тучей брызг. – Но если она говорила правду о Мике и его женщинах, тогда, насколько я понимаю, его убил Джон Пенеллин.
– Это почему?
