Он позволил Томасу взять для Пустынной Стражи особый, синий флаг. Но сам отряд формально сделал не армейским формированием, а подразделением Инспекции труда и социальной занятости. Что, впрочем, только прибавило отряду зловещего ореола: Инспекция ведала преимущественно трудовыми и концентрационными лагерями.
Так что о Пустынной Страже, еще до ее участия в боевых действиях быстро распространилась довольно дурная слава. Чем сам Томас был вполне доволен. Страх – эффективное оружие в умелых руках.
По какой-то жестокой иронии судьбы враг обосновался в столице – том самом городе, где юный сержант встретил свою таинственную незнакомку. Городе, жизнь которого омрачилась однажды огненным смерчем, превратившим в пепел штурмовую бригаду «Лос-Командорс» и душу юного сержанта Энрико.
Теперь бывший сержант вернулся сюда – изменившийся настолько, что сам испугался бы, взгляни он тогда на себя в будущем.
Командор смотрел на город хмуро. И взгляд его не сулил городу ничего хорошего.
Завистники в Генеральном штабе решили отомстить Томасу за успех с Бетой Ацтека. И сунули его Пустынную Стражу сразу в самое пекло – на прорыв эшелонированной обороны, словно какой-нибудь штрафной батальон. Предлогом была якобы «обкатки» новой модифицированной активной мотоброни.
Однако Томас не высказал ни слова возражений, приняв данное испытание, как должное.
Десантный корабль вывалил Пустынную Стражу вместе с тяжелым вооружением, словно лосось, отметавший икру, и рванул на форсаже в зенит. Однако уйти не успел: ракета со стороны укрепрайона нагнала его и превратила в рваное черное облако.
Сержант Салазар задумчиво глянул в зенит, в сторону взрыва.
– Да, – сказал он, – такой мерзости командование нам еще не подсовывало… А ну, подсобите дедушке!
Сержанту помогли влезть во внутренности шагающего робота прорыва. Вместо конечностей роботу достались ракетометы и скорострельные пушки, спаренные с мощными пулмтами, а вместо мозгов – хитроумный и жизнелюбивый сержант Салазар.
Рядом с роботом Коцепус допрашивал с пристрастием доставленного лазутчиками пленного. Тот с ужасом смотрел на приготовления бойцов в тусклой брон и бойко выдавал информацию:
– …Да, да, именно правительство. Его перевели сюда за месяц до взрыва на Бете Ацтека. Никто не думал, что Директория сюда так быстро доберется… Или вы не Директория? Что за флаг у вас? Никогда такого не видел. Кто вы?
– Первый раз «язык» пытается допрашивать меня самого, – неприятно усмехнулся Коцепус.
– Мы – Пустынная Стража, – гордо сказал со своего места Салазар, – Если господин Коцепус не разрежет тебя на кусочки, чтобы посмотреть, не утаил ли ты чего от него в своих внутренностях, то обязательно всем расскажи. Против Пустынной Стражи у простых смертных нет ни малейшего шанса…
– Но почему – «пустынная»? Здесь ведь нет никакой пустыни…
Салазар, проверяя приводы, поводил в воздухе чудовищными связками стволов своего робота.
– Скоро будет, – заверил он пленного. – Или я не лучший сержант нашего веселого отряда.
– Что будет? – пролепетал пленный.
– Пустыня, друг мой, пустыня…
…Солдаты облачались в мотоброню и надевали бронированные маски – глядя на них Томас сразу же вспоминал экипировку призрачной армии генерала Монкады. Все возвращается на круги своя… Однако его ребята получили лучшее снаряжение. Черные каски сверкали в лучах солнца, словно бойцы собирались на парад, а не в сражение. Ставшие в десять раз сильнее, солдаты брали в руки скорострельные барабанные пушки, сочлененные с огнеметами, а автоматы, как пушинки, закидывали за стальную спину.
– Солдаты! – крикнул Томас, – Это будет горячая схватка! Но после – нас ждет тихая и ласковая планета. Я хочу, чтобы вы все туда попали. А самый лучший из вас получит медаль «За взятие небес» – и это будет первый и единственный в истории рядовой, сержант или лейтенант. Вам есть, за что сражаться!
Пустынная Стража взревела через прорези бронированных намордников.
Над головой волнами прошли штурмовики. Они выбивали огневые точки, подготавливая коридор для прорыва. Защитники города, стараниями оперативной разведки, уже получили неприятную новость о том, что на них прут самые кровожадные каратели Директории.
И это обстоятельство не могло не подрывать моральный дух обороняющихся. Тем более, что главными паникерами стали те, кому следовало направлять и вести солдат в бой – ставка командующего и правительство Конфедерации.
И без того было ясно, что Конфедерации приходит конец.
Но когда на рубежи обороны быстро, как кошки, двинулись, казалось, неуязвимые черные фигуры со сверкающими красными глазами, началась паника. От наступающих с искрами отскакивали пули, а осколки снарядов не производили на них никакого впечатления. Кто-то догадался бить по ним их гранатометов. И пару раз это сработало. Но остановить противника уже никто не мог.
В огне и облаках дыма Пустынная Стража входила в город. И город перед ней таял, словно подмываемый водой песочный замок. Боевые роботы ровняли с землей здания, солдаты в мотоброне яростно гнали врага.