Падение оказалось стремительным. Ранхаш скатился по узкому склизкому желобу и приземлился на каменный пол в кромешной темноте. Тьма была настолько плотной, что даже взор оборотня не мог проникнуть сквозь её покров. Слуха касались тихое журчание воды и звонкая, но редкая капель. Царила влажная стынь, воздух пах плесенью, гнилью и, как ни странно, водорослями. Осторожно разведя руки, Ранхаш нащупал за своей спиной влажную каменную стену, а впереди и по сторонам – пустоту.
Вдруг послышались частые-частые шлепки, будто кто-то бежал по воде. Ранхаш стремительно развернулся, вслушиваясь в приближающиеся звуки. Они становились всё громче и громче, отчётливее и отчётливее, тьма впереди словно бы зашевелилась. Ранхаш ясно видел, как более плотный сгусток черноты колеблется и движется. К шлепкам присоединилось тяжёлое дыхание. Харен дёрнулся в сторону, почти инстинктивно уходя от столкновения, и его шеи коснулись ледяные пальцы.
Господин Шидай уже успел взяться за ручку двери в кабинет харена, когда помощник в приёмной всё же поднял голову и сообщил:
– А господина нет.
– Как нет? – лекарь нахмурился.
– Ушёл почти час тому назад.
– А куда?
– Не знаю, – пожал плечами оборотень.
У Майяри нехорошо засосало под ложечкой.
Холодные пальцы лишь скользнули по коже. Ранхаш успел отшатнуться, а потом по наитию сделать шаг в сторону. Неведомый враг – харен даже мысли не допустил, что это может быть что-то потустороннее, – ошибся с очередным выпадом, и уже цепкие пальцы Ранхаша впились в его локоть. Локоть оказался костистым, сильным, и через одежду явно чувствовалось тепло, которого не было в ладонях. Резко дёрнув противника на себя, харен крепко ударил его коленом. Раздалось сдавленное шипение, враг попытался вырваться, но Ранхаш огрел его локтем, безошибочно определив в темноте положение головы по шумному дыханию. До слуха донеслось характерное ширханье, и харен поспешил отпустить противника и отскочить. Кончик носа обдало колебание разрезанного воздуха. Раздался шлепок, плеск, сгусток тьмы перед глазами качнулся, и Ранхаш дёрнулся вперёд. Но противник припустил прочь что есть сил, быстро-быстро хлюпая сапогами, а харен же по самое колено ухнул в ледяную воду.
Над головой запоздало вспыхнул ослепительно-белый светляк, и ровное сияние осветило туннель шириной в две сажени со сводчатым потолком. Потолок был не слишком высок, всего сажень с четвертью, и через равные промежутки, примерно через каждые полторы сажени, его подпирали железные балки. Свет блеснул по каменным плитам, покрытым плесенью и склизкими потёками, и в водной глади, занимавшей половину ширины коридора. У самых стен шли выложенные брусчаткой дорожки шириной по полсажени каждая.
Ранхаш не спешил бросаться за неведомым противником. Всего в пяти саженях впереди туннель круто поворачивал, и, когда вспыхнул светляк, оборотень успел увидеть только исчезающий за углом сапог. Как ни велико было желание поймать врага, Ранхаш осадил себя. Место незнакомое, возможно, опасное. Противник тоже неведом. Какая ловушка может ждать впереди? Да и в голове мелькнула быстрая, но ясная мысль: ему обязательно нужно вернуться. Где-то снаружи его ждут Майяри и Шидай.
Дождавшись, когда плеск смолкнет, Ранхаш выбрался из воды и внимательно осмотрелся по сторонам, а также вверх и вниз. И, на первый взгляд, ничего подозрительного не обнаружил. Только вокруг плиты над головой щели были чуть шире, чем вокруг остальных. Похоже, именно там скрывался выход из жёлоба, по которому скатился Ранхаш. Можно попробовать вытащить камень, пролезть наверх и выдавить плиту, под которую он упал, но неведомый противник наверняка пришёл сюда более лёгким путём.
Опустив светляк ниже, Ранхаш различил посреди канала каменную тропку под водой. Стало понятно, почему враг перемещался так быстро. Но харен не поспешил воспользоваться этим же путём и неслышно пошёл вдоль стены. Впрочем, светляк следовал за ним, освещая дорогу и выдавая его присутствие. Тоннель загибался плавным крюком и упирался в каменную площадку. Ранхаш убедился, что в темноте его никто не ждёт, и перешёл на неё.
Резко вспыхнувший второй светляк двинулся вперёд, пожирая тьму и вырисовывая очертания подземелья, которым явно очень давно не пользовались. Всё же даже потайные ходы поддерживали в порядке, чтобы в случае опасности суметь ими воспользоваться, а здесь на стенах были видны тонкие стебли присохших, а, вероятнее, примокших водорослей. Ранхаш предположил, что по весне, когда разливается вода, туннель затоплялся. И ему повезло, что уровень воды пока несильно поднялся.
Свет выхватил очертания двух коридоров, расходящихся в разные стороны. Ранхаш задержался на площадке, тщательно осмотрел стены, пол и потолок, потрогал водоросли (действительно примокли и уже сильно подгнили) и попытался найти следы. На уже влажных камнях такой же влажный след держался плохо, но всё же харен нашёл несколько растёртых кусочков плесени и завернул в левый рукав.
