— Правда касается только группы разбойников, остальное ложь. Можешь мне верить.
Сказав это, он вернул кошелек обратно Сорему и, грустно улыбнувшись, добавил:
— За тобою должок, мой друг. Надеюсь, ты не воткнешь мне нож в спину…
Три дня в вагоне повышенной комфортности пролетели незаметно.
Члены братства отсыпались, отмывались и наслаждались деликатесами, которые по их первому требованию выдавал стационарный пищевой вагонный синтезатор.
К концу дня все собирались в общем салоне, коротко посовещавшись, выбирали какую-нибудь из предоставленных местным искином искусственную реальность и наслаждались, отдыхая у ручья в лесу или под ярким жарким солнцем на песочке возле большого и чистого озера.
Никому не хотелось покидать гостеприимный вагон, и Гунт под конец сжалился, дав на отдых еще дополнительных четыре дня.
— Неделя точно ничего не решит, — говорил он, — а такой возможности может больше и не появиться. Поэтому отдыхаем.
— Я, наверное, демонтирую пищевой синтезатор и заберу с собой, — вставил слово профессор. — Там еще картриджей нам всем на месяц активного пользования. Жалко такое бросать.
— А я пройдусь по всем вагонам и соберу пассажирские комплекты! — радовалась дополнительному отдыху Ника. — Тут по моим подсчётам, их должно быть почти полторы сотни. Нам хватит надолго и еще, может, продадим что…
Для Солрса и Марка тут всё было в новинку, и они долго не могли понять, откуда в огромной ванне, где свободно могут поместиться сразу двое или трое, появляется горячая вода и приятно пахнущая пена. Как кресло само массирует ноги, шею и спину, а пилюли для сна вызывают такие яркие и приятные сновидения, что проснувшись, еще долго не можешь понять, где ты находишься, и куда подевались те жгучие красотки, что ласкали и утешали тебя всю ночь.
Но на особом месте была общая комната с искусственно измененной реальностью. Вот что вызывало у обоих настоящий шок каждый раз, как только они туда попадали. Солнце там казалось жарким, листва деревьев натуральной, а вода в ручьях и водоемах кристально чистой и освежающей. Единственное, что смущало грозных следопытов, находиться в этом салоне надо было исключительно нагишом. И все, кроме их двоих, воспринимали это как абсолютно само собой разумеющееся. Ника спокойно ходила перед ними, сверкая упругой девичьей грудью и другими прелестями, совершенно не обращая внимания на искоса бросаемые на нее взгляды обоих друзей. Впрочем… чудо пилюли для сна здорово помогали бороться с возникающим иногда искушением ущипнуть ее за упругую попку.
В свободное от отдыха время Марк и Солрс обучали членов братства стрельбе из лука, не используя для этого прицельные приспособления. На этом настоял Гунт, и он конечно же был полностью прав. Мало ли чего… сломается, сядет в самый неподходящий момент батарейка, или ещё что…
Так же Солрс вызвался обучать всех владению мечом и копьем. Слепки памяти, которые профессор снял с них еще в своей лаборатории, здорово помогали в этом не всегда безопасном занятии. Сначала все обучались в виртуальной реальности при помощи визоров и наладонников, а затем закрепляли пройденную программу практически, стоя в учебном поединке то с Марком, то с Солрсом. Сначала учебным оружием, а потом и боевым. Решение правильное. И все одобрили его сразу и единогласно. Все понимали: запас боеприпасов не вечен, и хоть он и пополнился за счет трофеев Солнцеликих, эти навыки могут пригодиться в будущем.
На седьмой день отдыха начали демонтаж пищевого синтезатора и принялись выносить из всех вагонов мало-мальски пригодные вещи. Целый день занимались перетаскиванием мешков к тягачу и распихиванием их по ящикам и прицепленному барку.
В последний вечер перед отправкой снова собрались в общем помещении, врубив напоследок иллюзию живописной лесной полянки с небольшим кострищем посередине. В каталоге утверждалось, что это точная копия поляны из той далекой и всеми уже давно забытой Земли, с которой предки тарсонианцев прибыли на эту планету.
Дрова, объятые пламенем, весело потрескивали, легко поднимая в ночное небо быстро исчезающие искорки. Из ночного леса дул освежающий ветерок, и тепло от костра приятно грело руки. Где-то глубоко в лесу щебетали ночные птицы, совсем рядом слышался мелодичный треск цикад, и от этого у всех наступило какое-то умиротворение, и все завороженно смотрели на огонь, широко раскрыв глаза.
— Завтра с утра выдвигаемся дальше, — прервал молчание Гунт и, подняв валявшуюся в траве ветку, забросил ее в костер. — До корвета еще тысяча триста семьдесят два километра, и скоро нам всем предстоит подняться на поверхность и продолжить путешествие по незнакомой нам местности.
Профессор медленно повернул голову и вопросительно посмотрел на командира.
Тот выдержал его взгляд и, кивнув, продолжил:
