Теперь все увидели, что из его шеи по самую рукоять торчит кинжал Солрса.
Как он сумел это сделать и в какой момент, никто даже и не заметил.
Виновато улыбнувшись, он попытался что-то сказать своим друзьям, но вместо этого закашлялся, выронил меч и схватился двумя руками за грудь.
Вдруг неожиданно лицо здоровяка посинело, и он рухнул на колени рядом с поверженным им противником. Еще раз, натужно кашлянув, он попытался подняться, но вместо этого закатил глаза и, теряя сознание, завалился набок.
Профессор и Гунт тут же бросились к нему, принялись снимать с него куртку и стаскивать непробиваемую мелахоритовую кольчугу. Гунт ощупал лиловый синяк на груди здоровяка и что-то буркнул суетящейся вокруг него Нике.
— Ничего опасного для жизни! — в свою очередь успокоил всех профессор, вкалывая в шею здоровяка дозу лекарства через инъектор. — В грудной клетке трещина, из-за этого у него дыхательные спазмы. Сейчас всё будет хорошо!
И правда. Солрс вскоре открыл глаза и задышал, пока коротко и быстро, но задышал.
— Завидую его самообладанию… — все услышали негромкий голос Сорема, стоявшего рядом с Марком чуть в сторонке. — Надо же! Специально пропустить удар в грудь, понадеявшись только на крепость кольчуги, чтобы затем вонзить кинжал противнику в незащищенную шею. Поразительно! Я бы так не смог, но Краме по-другому было и не победить. Я в восхищении…
Все вдруг начали оборачиваться к Сорему, подходить, хлопать по плечам, жать руки и благодарить.
Чтобы трещина в груди заросла надежно, Солрсу необходим был отдых и хотя бы пару-тройку дней относительного покоя. Поэтому Гунт решил не торопить события и стать лагерем неподалеку от деревни.
Убедившись, что жизни Солрса больше ничего не угрожает, Марк с Соремом ушли на разведку, опасаясь, как бы разгоряченные боем жители деревни не начали прочесывать лес и не наткнулись на их лагерь.
Их не было уже часа два, но никто за них особо не переживал. Марк время от времени связывался с Гунтом и докладывал ему обстановку вокруг деревни.
Там, между лесом и деревней, вовсю готовили погребальные костры. Один, где вперемешку с брёвнами в кучу были свалены обнаженные тела поисковиков, и другой, с ровной аккуратной кладкой, на вершине которого лежали только два облаченных в полный доспех воина. Несколько десятков жителей деревни сидели вокруг будущего погребального костра и, раскачиваясь из стороны в сторону, что-то завывали, ритмично хлопая в ладоши.
Марк вынес предположение, что жители деревни, скорее всего, ждут темноты, чтобы начать церемонию сожжения. Ночью костер горит ярче и красивее.
Марк запустил в небо своего собственного разведчика и обнаружил, что внутри деревни есть небольшие разрушения: напрочь разворочена ограда колодца, и еще… возле одного из домов прямо на земле лежали трое воинов, возле которых суетились несколько женщин и пара стариков, похожих на шаманов.
Марк, как и другие члены братства, следил из укрытия за ходом сражения и без труда опознал в них тех самых бойцов, которые первыми приняли бой, выскочив из ворот. Судя по всему, они всё еще живы, но, скорее всего, у всех троих уже наступил откат после приема качу.
— Жалко их, — с сожалением буркнул профессор, услышав эту новость, — к сожалению, их организм, не знавший до этого вообще никаких препаратов, может и не выдержать.
— Так, может, давайте поможем? — Ника умоляюще посмотрела на Гунта. — Вколем им чего-нибудь. У нас же полно всякого!
— Вколем-вколем… — прикрыв глаза, задумчиво шептал профессор, почесывая бороду.
Затем глаза его широко распахнулись, и он поспешно снял со спины наспинный контейнер. Порывшись в коробочках с медицинскими препаратами, вопросительно посмотрел на Гунта.
— Есть, что вколоть, и это гарантировано приведет их в себя. Слово за тобой.
— Хотите, я сама это сделаю? — предложила Ника. — Дайте мне инъектор и три дозы лекарства. Я сама пойду в деревню и вколю им. Они заслужили это…
— Вместе пойдем, — после недолгих раздумий сообщил всем Гунт. — Шлемы не надевать, но всем быть настороже, и если даже нас встретят гостеприимно, доспех не снимать! Если что пойдет не так, вырываться из селения с боем, не щадя никого. Согласны?
Первым, поморщившись от боли в груди, поднял руку Солрс и заявил:
— Согласен. Мне по душе их староста и этот, как его там… Сьюмар. Хитрецы, конечно, но подлости от них ждать точно не стоит.
— Я согласен, — следом за здоровяком поднял руку Дорн.
— И я.
— Согласен, — начали поднимать руки все остальные.
К деревне подходили, выстроившись в одну колонну, друг за другом.
Первым шел Солрс. Ему вкололи серьезную дозу обезболивающего, и дальше уже аптечка доспеха сама поддерживала этот уровень, впрыскивая в кровь необходимые мини-дозы препарата.
За ним шел Гунт, а замыкающим Сорем.
Его доспех пришлось припрятать там же, где и лежала броня Краме, иначе местным жителям пришлось бы долго объяснять, что он им не враг.
Их заметили сразу, как только они вышли из леса.
